Отомщенный любовник

Лежа в темноте, она пыталась успокоить себя, представляя старый дом, в котором жила с родителями перед тем, как все изменилось. Она представила, как ходит по большим комнатам, минуя красивый антиквариат, останавливаясь возле ваз со свежесрезанными в саду цветами.

Уловка сработала. Постепенно, ее разум погрузился в спокойное, элегантное место, поток мыслей замедлил свой ход, а потом и вовсе нажал на тормоза и припарковался в ее голове.

Когда к ней подкрался покой, странная убежденность пронзила грудь Элены, уверенно растекаясь по всему телу.

Ривендж был жив.

Ривендж был жив.

Противясь волне усталости, Элена боролась за рациональную мысль, желая определить «почему» и «что-за-черт» этой странной веры, но сон просочился в нее, унося прочь.

***

Роф сидел за своим столом, его руки осторожно блуждали по поверхности. Телефон, на месте. Нож для вскрытия конвертов в форме кинжала, есть. Бумаги, на месте. Где его…

Что-то рассыпалось со стуком. Верно, ручки и подставка для них.

Разлетелись повсюду. Так точно.

Подбирая все, что рассыпал, он услышал, как подошла Бэт, мягко ступая по ковру, желая помочь.

– Все в порядке, лилан, – сказал он ей. – Я соберу.

Он чувствовал, как она замерла у стола, и был благодарен ей за то, что она не вмешивается. Как бы по-детски это не звучало, он должен убрать за собой сам.

Похлопав по столу, он нашел последнюю ручку. По крайней мере, так он думал.

– Есть что-нибудь на полу? – спросил он.

– Еще одна. У твоей левой ноги.

– Спасибо. – Он наклонился, ощупал пол и сжал гладкий, похожий на сигарету предмет, который должен быть ручкой от Мон Блан. – Эту было бы трудно найти.

Выпрямляясь, он предусмотрительно определил местоположение края стола и убедился, что, садясь, не стукнется об него головой. Прогресс по сравнению с тем, что он сделал чуть раньше. Верно, он слажал с подставкой для ручек, но хорошо справился с выпрямлением. Не идеальный табель успеваемости, но, по крайней мере, он не ругался и не истекал кровью.

Так что, учитывая то, как он добирался на Последнюю Трапезу несколько часов назад, дела налаживались.

Роф закончил свой парад по столу, найдя лампу, которая стояла слева, и королевскую печать с воском, которую он ставил на документах.

– Не плачь, – нежно сказал он.

Бэт слегка шмыгнула нос.

– Как ты узнал?

Он постучал пальцем по носу.

– Почувствовал. – Он отодвинул кресло и похлопал по колену. – Иди сюда, садись. Позволь своему мужчине обнять тебя.

Он услышал, как его шеллан обогнула стол, и запах ее слез стал сильнее, потому что, что чем ближе она подходила к нему, тем интенсивней текли слезы. Как и всегда, он нашел ее талию, обернул вокруг нее руку и притянул Бэт к себе, изящное кресло заскрипело, привыкая к их весу.