Освобожденный любовник

Джейн приоткрыла глаз и смотрела сквозь ресницы, как парень размером с мамонта взглянул на того, что с изумительными волосами.

— Я хочу видеть всех в своем кабинете через полчаса. Нужно решить, что, вашу мать, с ней делать.

— Только не… без меня… — сказал пациент, его голос становился сильнее.

— Тебе право голоса не давали.

Пациент оттолкнулся от матраса и, опершись на дрожащие руки, сел.

— У меня все права, когда речь заходит о ней.

Здоровяк ткнул пальцем в пациента.

— Да пошел ты.

Неожиданно в Джейн взыграл адреналин.

Сон оно или явь, с ее мнением обязаны считаться в этой светской беседе. Выпрямившись в кресле, она прокашлялась.

Все глаза устремились на нее.

— Я хочу выбраться отсюда, — сказала она, ей хотелось, чтобы голос звучал менее хрипло и более угрожающе. — Сейчас же.

Здоровяк положил руку на переносицу, сдвинул очки и потер глаза.

— Благодаря ему, сейчас это невозможно. Фьюри, позаботься о ней снова, хорошо?

— Вы убьете меня? — выпалила она.

— Нет, — сказал пациент. — С тобой все будет хорошо. Даю слово.

На долю секунды она ему поверила. Как глупо. Она не знала, где и по какой причине она находилась в обществе этих матерых уголовников…

Парень с роскошными волосами шагнул к ней."

"— Ты просто отдохнешь еще немного.

Желтый взгляд встретился с ее глазами, и она внезапно вырубилась, как телевизор, у которого выдернули шнур, и ее экран погас.

Вишес посмотрел, как его хирург соскользнула в кресло напротив кровати.

— Она в порядке? — спросил он Фьюри. — Ты ведь не спалил ей мозг, верно?

— Нет, но у нее очень сильный разум. Необходимо как можно скорее убрать ее отсюда.

Голос Рофа сотряс воздух.

— Ее вообще не следовало сюда приводить.

Вишес осторожно опустился обратно на кровать, чувствуя, себя будто после удара шлакоблока58 в грудь. Его не особо беспокоило бешенство Рофа. Его хирург должен быть здесь, и точка. Но, по крайней мере, он мог привести разумное объяснение.

— Она поможет мне вылечиться. Хэйверс сейчас недоступен из-за ситуации с Бутчем.

Взгляд Рофа за очками был непреклонен.

— Ты думаешь, она захочет тебе помогать, после того как ты ее похитил? Клятва Гиппократа вряд ли заходит так далеко.

— Я принадлежу ей, — Ви нахмурился. — В смысле, она будет заботиться обо мне, потому что она меня оперировала.

— Ты хватаешься за соломинку, чтобы оправдаться…

— Правда? Мне только что сделали операцию на сердце, после того как подстрелили в грудь. Не похоже на соломинку. Ты хочешь рискнуть осложнениями?

Роф взглянул на хирурга, а затем опять потер глаза.

— Черт. Как долго?

— Пока мне не станет лучше.

Солнечные очки короля упали обратно на нос.

— Выздоравливай быстрее, брат. Я хочу, чтобы ей стерли память и вывезли отсюда.

Роф вышел из комнаты, с шумом закрыв за собой дверь.