Освобожденный любовник

Будто сгустился туман и поглотил его, несмотря на то, что Джон все еще мог видеть каждую черточку на лице со шрамом.

— Поговоришь об этом с Куином и Блэем.

«Прости. Джон покраснел. Не хотел совать нос в чужие дела.»

— Проехали. Слушай, я не хочу, чтобы ты беспокоился об этом. Мы приготовили для тебя Лейлу, чтобы пить из нее, и ты будешь находиться в безопасности. Я не позволю ничему плохому случиться с тобой.

Джон уставился в изуродованное лицо Воина и подумал об однокласснике, которого они потеряли. «Харт же умер.»

— Да, такое случается, но кровь Лейлы очень чистая. Она Избранная. Это поможет тебе.

Джон подумал о красивой блондинке. О том, как она скинула мантию прямо перед ним, показывая свое тело в поисках одобрения. Черт, он не мог поверить, что она это сделала.

«Как я узнаю, что нужно делать?»

Зи запрокинул голову и взглянул на небо.

— Тебе не нужно беспокоиться об этом. Тело само решит. Ты узнаешь, что оно хочет и что ему нужно. — Бритая наголо голова Зи вернулась на место, и он окинул взглядом Джона, его желтые глаза пронзили темноту, как солнечный свет пробивается сквозь облака. — Тело завладеет тобой на какое-то время.

К своему стыду он показал знаками: «Думаю, что мне страшно.»

— Значит, ты умен. Эта хрень — сверхмощная. Но как я сказал… Я не позволю ничему плохому случиться с тобой.

Зи отвернулся в сторону, будто почувствовал себя неловко, и Джон принялся разглядывать профиль мужчины на фоне деревьев.

Джона переполняла благодарность, а Зи прервал «спасибо», готовое сорваться с его рук.

— Нам лучше вернуться домой.

Пересекая реку и двигаясь в сторону особняка, Джон обнаружил, что думает о биологическом отце, которого никогда не знал. Он избегал вопросов о Дариусе, потому что тот был лучшим другом Тора, а Братству было трудно касаться всего, связанного с Тором.

Хотел бы он знать, куда податься со своими вопросами.

Глава 11

Когда Джейн проснулась, ее нервы были похожи на дешевые гирлянды рождественских огней — неравномерно мерцающие, а затем гаснущие; до нее доносились звуки, которые распадались и появлялись вновь. Сначала тело было вялым, затем напряженным, после чего началась нервная судорога. Во рту пересохло, и ее бросало то в жар, то в холод.

Глубоко вдохнув, она осознала, что сидит. А ее голова раскалывается от сильнейшей боли.

Она ощутила приятный запах. Боже, в воздухе витал потрясающий аромат… смесь табака, похожий курил ее отец, и темных специй, будто она находилась в лавке индийских масел.

Джейн с трудом разлепила веки. Зрение было ни к черту, вероятно, из-за отсутствия очков, но все же она смогла разглядеть достаточно, чтобы понять, что находится в темной пустой комнате, которая была… Господи, все было заставлено книгами.