Освобожденный любовник

Она растянулась на его черном одеяле, вытянув руки над головой и слегка разведя ноги, лишь порозовевшая женская кожа и мускулы.

Джейн смотрела на него из-под полуприкрытых век.

— Твои штаны намокли.

— Да.

— Ты твердый.

— Так и есть.

Она выгнулась на кровати, по ее телу от бедер до грудей прокатились волны.

— Ты собираешься что-нибудь с этим делать?

Он обнажил клыки и зашипел.

— Если ты мне позволишь.

Она отвела одну ногу в сторону, и роговица его глаз едва ли не начала кровоточить. Ее лоно блестело, и вовсе не от душа.

— По-твоему, это похоже на «нет»? — спросила она.

Он сорвал свои штаны и через мгновение оказался на ней, целуя ее долго и глубоко. Он приподнял бедра, принимая удобное положение и погружаясь в ее глубину. Она была так хороша сейчас, наяву, а не во сне. Когда она кончила для него один раз, второй… и еще снова… его сердце разлетелось на тысячи осколков.

Впервые он занимался сексом с кем-то, кого любил.

Вишес впал в мгновенную слепую панику от этого открытия. Как, черт его подери, это могло случиться?

Но ведь это его последняя… ну, единственная… возможность любить, не так ли? И она ничего не вспомнит, так что все в порядке — в конце ее сердце не будет разбито.

К тому же… хм, отсутствие у нее воспоминаний будет безопасным и для него тоже, не так ли? Почти как той ночью, когда они с Рофом упились, и Ви рассказал о своей матери.

Чем меньше людей о нем знает, тем лучше.

Но, черт возьми, почему грудь болит при мысли о стирании памяти у Джейн?

Господи, она так скоро уйдет.

Глава 25

На Другой Стороне Кормия вышла из храма Праймэйлов и ждала, пока Директрикс закроет огромные золотые двери. Храм располагался на возвышенности, позолоченной короной украшая небольшой холм. Отсюда как на ладони была видна вся территория Избранных: белые здания и храмы, амфитеатр, дорожки, выстеленные коврами. Участки между шедеврами архитектуры были покрыты стриженной белой травой, которая никогда не росла и никогда не менялась. Как обычно, линия горизонта была едва видна, лишь размытая белая полоса границы леса где-то вдали. Единственным цветным пятном выделялось бледно-голубое небо, но даже оно как будто растворялось по краям.

— На этом закончим твой урок, — сказала Директрикс, снимая с шеи изящную цепочку с ключами и запирая двери. — По традиции, для начала ты должна присутствовать на ритуалах очищения, мы придем за тобой. До этого времени ты должна думать об оказанной тебе чести и о том, как ты можешь услужить на благо всем нам.

Эти слова были сказаны таким же жестким тоном, каким Директрикс описывала то, что Праймэйл сделает с телом Кормии. Снова и снова. В любое время, когда он только пожелает.