Обнаженный любовник

 — Иди ко мне…"

"Из ниоткуда, по сознанию подобно боевой руке ударила картина: он увидел своего кузена в Старом Свете, в лесной лачуге, служившей укрытием от солнца. Сайфон, облачаясь в боевые одежды и надевая оружие, улыбался, на его виске заживал порез от лессерского клинка, который оказался быстрее и проворнее своего хозяина.

Боевой товарищ. Друг. Защитник.

Семья.

Его глаза были такими голубыми, улыбка — очень широкой, доброта — неисчерпаемой, несмотря на то, что желудок сводило от голода, а периной им служила сырая земля пещеры…

Вот, возьми.

Приглашение его кузена, произнесенное на Древнем Языке, звучало четко, как будто Балз услышал его в реальном времени, и он буквально видел перед собой бойца с протянутой рукой.

И в его ладони лежал последний ломоть хлеба, что был у него.

Ты разве не голоден? — спросил тогда Балз.

Нет, это для тебя, кузен. Возьми, поешь. Я найду что-нибудь еще.

Сайфон произнес эти простые слова под урчание собственного желудка, несмотря на то, что в пещере больше не осталось еды…

Балз резко распахнул глаза, хоть и не понимал, что они были закрыты. И улыбка перед ним, соблазнительная улыбка, улыбка воплощения зла, осознающего, что чужая душа у него в руках… она не была похожа на ту улыбку его кузена в прошлом.

На улыбку его кузена в настоящем.

— Ты знаешь, что хочешь сделать, — сказала женщина. — Знаешь, что пойдешь со мной…

С боевым кличем Балз резко развернулся и рванул с лестничной площадки, спрыгнул к болтающимся в воздухе ногам беспомощного кузена, которого тень поднимала все выше и выше от ступеней, словно собиралась вместе с Сайфоном просочиться сквозь окно над парадной дверью и исчезнуть.

— Гребаный идиот! — закричала брюнетка со своего возвышения. — Паскуда!

Прямо перед тем, как тень успела пробить стекло и сбежать со своей добычей, Балз схватил кузена за левый ботинок… и усилил хлипкий захват, сжав второй рукой лодыжку.

Тень издала нечестивый визг, когда добавившийся вес утянул ее вниз, а потом что-то произошло, и существо отпустило свою ношу.

Падение остановила спина Балза, когда его тело с треском рухнуло на деревянные ступени и полетело вниз… а кузен стал ужасным преследователем, всем весом еще сильнее вбивая его в безжалостные ступени без покрытия. Когда мозг переполнился сигналами боли, на мгновение он впал в паралич, но последующая контратака тени не за горами, так что времени поныть от боли у него не было… даже не было времени проверить, жив ли Сайфон.

Выбросив ногу, чтобы остановить их падение, Балз устремил руку к набедренной кобуре и выхватил один из сороковых. Когда он вскинул пистолет, тень рванула вперед, змеевидные щупальца устремились к его кузену, к нему самому.