Мой любовник

"

"Возможно, это все алкоголь. Возможно стакан. А может и тот факт, что с каждым вздохом Блэй чувствовал темный запах Куина…

Он знал, что должен уйти.

Он хотел поддержать Джона, но с каждой минутой все ближе и ближе… и ближе склонялся к Куину. И кстати, его рука, свисавшая со спинки его кресла, практически поглаживала эти густые темные волосы.

— Мне пора, — резко сказал он, ставя стакан и направляясь к двери.

— Ты в порядке? — спросил Куин.

— Ага. Спокойной ночи и позаботься о Лейле.

— Разве ты не должен кормиться? — потребовал Куин.

— Завтра.

Избранная промолвила что-то милое и приятное, но он даже не обернулся. Ну нет. Он не мог обернуться.

И умоляю, Боже, не дай ему столкнуться с кем-нибудь в коридоре.

Он не стал утруждаться и проверять насколько невежливо это выглядит, он только знал, что был возбужден… и это единственная вещь, которую, независимо от того насколько был учтив мужчина, не могла укрыться под жесткой кожей.

ГЛАВА 18

На Другой Стороне, Пэйн расхаживала по фонтану своей матери, создавая круги на поверхности водной глади, которые тут же терялись в потоке струящейся воды. Плеская ногами, задрав свое одеяние, она прислушалась к пению пестрых птиц, восседающих на белом дереве в стороне. Пичужки щебетали, порхая с ветки на ветку, поклевывая друг друга, распушив свои перья.

И как, им только в этом чертовом ограниченном пространстве удалось найти стоящее занятие — она ума не прилагала.

В святилище не существовало такого понятия, как течение времени, и все же ей хотелось иметь при себе какие-нибудь карманные часы или куранты, чтобы выяснить, насколько запаздывает Слепой Король. Каждый день после полудня они проводили спарринг.

Ну, после полудня для него. А для нее — застрявшей на Этой Стороне — день оставался неизменным.

Она задавалась вопросом, сколько же именно прошло с тех пор, как мать вывела ее из глубокой заморозки, позволив немного свободы. Поди узнай. Регулярные появления Рофа начались около… пятнадцати раз назад, а возвращена к жизни она была, возможно… задолго до этого. Может, около шести месяцев?

Но что было важнее так это, как долго она находилась под замком… но об этом она не собиралась спрашивать у своей матери. Они вообще не общались друг с другом. А до тех пор, пока эта «божественная» личность, породившая ее на свет, не будет готова выпустить ее отсюда, Пэйн нечего ей сказать.

По правде говоря, молчание вообще не имело никакого значения, но ничего иного и не ожидалось. Когда твоя мать создатель расы, не подчиняющийся все и вся, даже королю…

Довольно легко было загнать свою собственную жизнь в ловушку.

Когда темп ее движений ускорился, а одежда начала промокать, Пэйн выскочила из воды и обежала водоем вокруг с кулаками наизготовку, рассекая ими воздух.