Мой любовник

Не желая быть пойманным на шпионаже, Куин дематериализовался в переулок рядом с местом…, которое быстро превратилось из неправильно выбранного в неправильно подобранную развлекательную программу.

Голос Сакстона разнесся в прохладном воздухе.

— Ты понимаешь, что обычно свидания заканчиваются совсем иначе. С учетом заинтересованности обоих партнеров.

— О… правда?

— Поцелуй — тут будет более уместней.

Куин почувствовал, как сжались его кулаки, и на какую-то долю секунды он решил выйти из-за мусорного контейнера, за которым он стоял. Но для чего? Вклиниться в их пространство и послужить красным светом — брейк парни?

Ага. Как же.

— Иди сюда, — произнес Сакстон.

Вот дерьмо, голос ублюдка был как у оператора секса по телефону. И… о, Боже, Блэй последовал за парнем в темноту.

Бывали времена, когда невероятно чуткий вампирский слух становился настоящей зубной болью. И конечно же… не помогало скрыть голову за кучей отбросов, тем более с такого близко расстояния и с таким ясным визуальным обзором.

Когда они натолкнулись друг на друга, рот Куина широко открылся. Но не потому, что он был потрясен и не потому, что хотел принять в этом участие.

Он просто не мог дышать. Казалось, что его ребра застыли вместе с его сердцем.

«Нет… нет, проклятье, нет…»

— Скажи мне вот что, — прошептал Сакстон. — Ты когда-нибудь раньше целовал парня?

«Да, целовал», хотелось выкрикнуть Куину…"

"Блэй покачал головой. На самом деле покачал головой.

Куин зажмурился и призвал себя к спокойствию, достаточному для того, чтобы дематериализоваться. Когда он принял форму перед особняком Братства, то дрожал, как дитя… быстро рассматривая возможность наклониться и удобрить кусты обедом, съеденным перед тем, как отправиться с Хекс и Джоном.

Пару выдохов спустя, он решил, что план «А» — быть хорошим и пьяным — наиболее привлекателен. С этой мыслью, он пошел в вестибюль, куда его впустил Фритц и затем направился на кухню.

Черт, может, он не зайдет дальше слов. Но Бог знал, что Сакстон не захочет останавливаться на одном-двух поцелуях в холодной, сырой аллее, и Блэй похоже, наконец, решил получить то, чего он так жаждал уже долгое время.

Что ж, у него еще полно времени, чтобы надраться в хлам, пока не вырубится.

«Иисус… Христос», подумал Куин, потерев грудь, снова и снова слыша голос своего кузена: «Скажи мне вот что. Ты когда-нибудь раньше целовал парня?»

И то, как Блэй покачал головой, глубоко врезалось в память Куина и это просто тащило его прямо из дальней кухни в кладовую, где хранился алкоголь.

Так избито. Напиваться, потому что ты не желаешь с чем-то смириться.

Но он также мог сделать одну вещь в своей жизни согласно традиции.

Вернувшись обратно на кухню, он понял, что, есть по крайней мере, одна спасительная благодать.