Мой любовник

Отдаленно нечто похожее от общего образа, появившегося у нее ранее, теперь стал кричаще очевидным.

Она никогда и ни у кого не чувствовала ничего подобного, и не могла это объяснить… и не думала, что Джон осознавал, что делал. Однако, по какой-то причине, это путешествие в его прошлое раскрыло переломную линию в его эмоциональном состоянии.

Как и кое-что еще. Он был как она — терял и оставался обособленным, испытывал опеку других из-за обязательств, а не чертовой любви.

На неком уровне, она думала, что должна прекратить все это, потому что могла ощущать, насколько это уязвляло его… и насколько далеко они могли зайти. Но она была очарована тем, что он ей раскрывал.

И не потому, что как симпат она питалась эмоциями других.

Нет, она хотела знать больше об этом мужчине.

Пока он изучал спящих мальчиков, вернувшись в свое прошлое, она сосредоточилась на его волевом профиле, подсвеченным табличкой над дверью.

Когда она подняла свою ладонь и положила ему на плечо, он слегка вздрогнул.

Ей хотелось сказать ему нечто здравое и утешающее. Подобрать какие-то слова, чтобы поддержать его, как это сделал дня нее он. Но в этом поступке, в его откровении, было больше храбрости, чем когда-либо и кому-либо показывала она, и в этом полном похищений и жестокости мире, он ужасно разрывал ее сердце тем, что давал ей.

Он был настолько одинок здесь, что даже эхо скорби убивало его. И все же он оставался стойким, потому что сказал ей, что сделает это.

Прекрасные голубые глаза Джона встретились с ее, и когда он вопрошающе склонил голову, она поняла, что в такие моменты как этот, слова били лишь пустым звуком

Приблизившись к его крепкому телу, одной рукой она обняла его за талию, а второй за затылок притянула его к себе, наклоняя его голову вниз.

Джон поколебался, а затем охотно в ответ сомкнул свои руки вокруг ее талии, уткнувшись лицом ей в шею.

Хекс держала его в объятиях, даря ему свою силу, предлагая ему убежище, то, чем была более чем способна поделиться. Так, пока они стояли друг напротив друга, она взглянула за его плечо в комнату, на маленькие темные головки на подушках.

В тишине, она чувствовала прошлое и настоящее изменение и смешение этих двух составляющих, но это был всего лишь мираж. Не возможно было утешить потерянного мальчика, которым он тогда был.

Но у нее был взрослый мужчина.

Держа его сейчас в своих объятиях, в какой-то один причудливый момент, она представила себе, что ни за что и никогда не позволит ему уйти.

ГЛАВА 37"

"Сидя в своем номере в особняке Рэтбоуна, Грег должен был бы чувствовать себя лучше, но не чувствовал.