Мой любовник

Целомудренное вознаграждение, в благодарность за полученную целомудренную услугу.

Хекс поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам.

Ох, такие мягкие. Ее губы были невероятно мягкими и нежными. И очень теплыми.

Контакт был слишком мимолетным, но с другой стороны, он мог продолжаться часами и все равно оставался бы недостаточно долгим.

— Приляг со мной, — попросила она, открывая дверь душевой и выходя наружу. — Мне не нравится, что тебе приходиться лежать на полу. Ты заслуживаешь гораздо большего.

Как в тумане, он выключил воду и последовал за ней, принимая полотенце, протянутое ему. Они вместе вытерлись, потом она завернула в него все свое туловище, а он — только бедра."

"Выйдя, он первым оказался у больничной койки, и казалось было самой естественной вещью в мире — широко раскрыть свои объятия. Если бы он подумал об этом, то не сделал бы этого делать, но он не думал.

Что было неплохо.

Потому что она подошла к нему, и как вода в душе, пропитала его своим теплом, просачиваясь прямо в его кожу и в его мозг.

Но, естественно, Хекс проникла еще глубже. Как и всегда делала.

Он словно отдал ей свою душу, впервые увидев ее.

Когда он выключил свет, и она сильнее прижалась к нему, это ощущалась так, словно она насквозь прожгла его заледеневшее сердце и поселилась там, растопив его душу своим теплом, когда он сделал первый честный-по-отношению-к-Богу глубокий вдох за несколько месяцев.

Джон закрыл глаза, не собираясь засыпать.

Он все же он уснул. И очень, очень хорошо.

ГЛАВА 30

В комнате для персонала в особняке Самсона, Дариус завершил свою встречу с прислугой дочери.

— Благодарю вас, — сказал он, поднимаясь на ноги и кивая женщине. — Я ценю вашу откровенность.

Доджен низко поклонилась.

— Умоляю, найдите ее и верните домой, господин.

— Мы постараемся именно так и сделать. — Он взглянул на Тормента. — Не будешь ли ты так любезен, привести управляющего?

Тормент открыл дверь для миниатюрной женщины, пропуская ее в пред, и оба вышли за дверь.

В их отсутствие Дариус ходил кругами по голому полу, его кожаные ботинки описали круг у письменного стола в центре комнаты. Горничная ничего важного не поведала. Она была совершенно открыта и скромна — и не добавила ничего нового в решении этой головоломки.

Тормент вернулся с управляющим и снова занял позицию прямо около двери, соблюдая тишину. Что было кстати. Вообще-то, во время допроса гражданского, нет необходимости более чем в одном следователе. Однако, от мальчишки была иная польза. Его проницательный взгляд ничего не упускал, поэтому, возможно бы нашлось что-то, что он мог подметить из того, что мог упустить Дариус во время допроса.

— Благодарю за вашу беседу с нами, — сказал Дариус управляющему.

Доджен низко поклонился.