Тренинг для любовницы

— Тише!

— А что случилось? Почему тише?

Митя допрыгал до беседки и недоуменно спросил:

— Почему тише?

— Ваш брат спит там, — сказал Юра и отступил на шаг в сторону, давая возможность Мите взглянуть внутрь беседки.

Однако при виде спящего брата личико Мити отнюдь не преисполнилось благоговения.

— Спит? — недоуменно протянул он. — С чего бы это ему спать? Коля! Николай! Вставай! Дел полно!

С этими словами Митя подошел к брату и решительно потрепал его по плечу. Не добившись реакции, он наклонился и заглянул в лицо спящего. Затем, ни слова ни говоря, Митя вдруг отпрыгнул в сторону. И замер там с выпученными глазами.

— Митя? — нерешительно произнесла Кира. — Что с тобой?"

"— Со мной? Со мной — нет! Со мной все в порядке.

— А чего тогда?

— Со мной порядок, а вот с ним…

И Митя вытянул дрожащую руку в направлении навалившегося на спинку скамьи брата.

— А вот с ним… не в порядке!

— Что такое?

— Мне кажется… Мне кажется, что он мертв!

— Мертв?

Юра вздрогнул. Подруги тоже почувствовали, как по их телам прошла холодная дрожь.

— Да, да! Его задушили!

Произнеся эту фразу, Митя тонко взвизгнул. И голося, прорвался к выходу и помчался прочь от беседки. Подруги и Юра остались. Во-первых, потому что они не поверили Мите до конца. Мало ли что ему там могло померещиться. А во-вторых, потому что любопытство оказалось сильнее страха.

— Нужно посмотреть, что на самом деле с Апостолом, — все же дрогнувшим голосом произнесла Кира. — Это ведь он?

— Он!

— Нужно посмотреть!

Леся и Юра в принципе были с ней согласны. Но делать первый шаг все же не торопились. И Кире пришлось самой подойти к Апостолу. И взглянуть тому в лицо. Лицо у господина Звенягина было бледно-желтоватое. А глаза таращились из-под набрякших век тупо и блекло. На всякий случай Кира дотронулась рукой до лица Николая. Кожа была влажной и холодной. Кира отдернула руку и, словно копируя действия Мити, отпрыгнула в сторону с выпученными глазами.

— Ну, что с ним?

— Он мертв!

— А что с ним случилось?

Кира вспыхнула.

— Откуда я знаю! Может быть, сердечный приступ. Или… или ему сломали шею, как Алене.

Эта версия неожиданно заставила Лесю двигаться. Она подошла к Звенягину. И, двумя пальцами осторожно отодвинув воротник его куртки, произнесла:

— Точно. Какие-то пятна есть. Вроде бы следы пальцев. И еще…

— Что еще?

— Полоса. Нет, не просто полоса — это след от удавки.

— Его убили! — заголосил Юра, хватаясь за голову. — Убили! Какой ужас! Убийство!

И с этими воплями он ринулся прочь, не разбирая дороги и топча молодую травку и ни в чем не повинные цветочки. Они так и летели из-под его ног под горестные рыдания парня.

— Кира, нужно вызывать милицию и врачей! — не обращая внимания на истерику молодого садовника, произнесла Леся.