Тренинг для любовницы

Чтобы просто дать выход бушующему в нем раздражению после неудачной встречи с женой и драки с подругами.

Оказалось, что и Рустам прекрасно запомнил их стычку.

— Ну, чего приперлась, хулиганка? — так он приветствовал Киру. — Тебя что, не учили, что скромность украшает женщину?

— Ага, это когда других украшений нету.

Рустам коротко хохотнул и осведомился:

— Чего надо? И говори лаконично, я вашей бабской болтовни не выношу. Вечно кашу по тарелке размазываете.

Девушка ненадолго замерла. Что за хам? Уйти, что ли? Но поскольку она уже прошла в квартиру Рустама, повернуть назад, не поговорив с мужчиной, было бы глупо.

— Ты знаешь, что Алену нашли убитой?

— Ну! Менты уже приходили ко мне. Спрашивали.

— И что ты им сказал?

— А что я мог сказать? Я ее и не знал совсем.

— Так уж и не знал?

— Не знал!

— Подругу своей жены не знал?

Рустам внезапно обозлился еще больше.

— А с какой радости мне ее знать? — заорал он. — Она ведь не со мной любовь крутила, а с этим уродом!

— С кем? С каким уродом?

— С Петей этим, вот с каким уродом!

— Петя?

— Петя! Петя! — передразнил он Киру.

Но она даже обижаться на него не стала, так была поражена.

— Ты уверен? У Алены была любовь с Петей — с братом твоей жены?

— Любовь или что другое, а только спали они вместе!

— Петя? С Аленой? Те самые?"

"— Вот заладила! — возмутился Рустам. — Как пробка тупая! Ну да, в десятый раз тебе повторяю! Тот самый Петя — брат моей жены. И та самая Алена — подруга моей жены. Они имели между собой любовную связь. Улавливаешь?

— Не очень.

— Но кто их свел, кто познакомил, вот что!

— Ну… Твоя жена, наверное, и познакомила.

— Точно! Сводня! Грязная шлюха!

У Рустама от злости даже пена на губах выступила. И Кира на всякий случай отступила подальше от взбесившегося вепря. Да он ненормальный! Такой в самом деле мог ненароком Аленке шею свернуть. Распсиховался из-за жены, на ком-то злость сорвать нужно было, а тут Алена в одиночку через лес пробирается. Чем не идеальная кандидатура? Между прочим, она сейчас не в лучшем положении. И отступив до самой стены и чувствуя лопатками ее предательский холод, Кира произнесла:

— Слушай, Рустик, ты не очень-то на меня кричи. И еще ты учти, что я всем сказала, что к тебе пойду.

Рустам внезапно осекся. И со злостью уставился на Киру.

— Ты это к чему сейчас сказала? Ты что думаешь, я на тебя наброшусь?

— Ну… А нет?

— Я с женщинами не дерусь!

В голосе Рустама звучало такое презрение, что Кира ему поверила бы. Ну да, поверила бы, да вот только как быть с тем, что она своими глазами видела обратное: дерется Рустам с женщинами. Еще как дерется.

— Ты это о том, что мы с Маруськой поцапались?

Поцапались! Неплохо сказано! А шея у Маруси потом распухла так, словно на нее маньяк напал, а не любящий муж приголубил.