Тренинг для любовницы

Ей утренний чай, которым потчевали всех перед выездом на кладбище, а потом и на самом кладбище, разливая по пластиковым стаканчикам, тоже показался странным. Вроде бы цвет и вкус у него были нормальными. Но вот запах одурманивал, заставляя голову кружиться и делая мысли вялыми. И было это как-то очень странно, потому что спроси сейчас у подруг об этом напитке, они бы сказали, что пахло от чая обычными цветочными добавками.

Но чем бы там от него ни пахло, на всякий случай они пить чаек не стали. Сделали для вида по паре маленьких глоточков, чтобы только смочить губы. А остальное при первом же удобном случае вылили. Кира в раковину, а Леся в кадку с огромной пальмой, которая росла в столовой. Листья у растения немедленно обмякли, а потом резко встопорщились почти до потолка. Из чего Леся сделала вывод, что они с Кирой поступили совершенно правильно, отказавшись от чая.

И все равно туман в головах появился. Зловредный напиток пусть и частично, но сделал свое дело. Головы у подруг плыли. Что уж говорить об остальных членах общины, которые от души хлебнули этого сомнительного чайку. Теперь они были готовы поверить во что угодно. Особенно если сказано это людьми, которым они привыкли доверять.

— Наша душа! — сканировала тем временем заведенная толпа. — Да здравствует Посланец! Да славится Посланец Божий!

Услышав это, Кира не удержалась и хихикнула:

— Король умер, да здравствует король.

Леся думала о другом.

— Это какой же у них по счету руководитель получается? — озабоченно поинтересовалась она. — Всего лишь номер два или уже больше?

Под торжественное траурное гудение духового оркестра гроб с телом Апостола опустили в могилу. Церемония на кладбище покатилась своим чередом. Разве что теперь Митя уступил свое место распорядителя. Отныне давали указания и вообще всем заправляли люди Посланца Божьего. А он сам вышагивал осанисто и гордо, считая, что полностью утвердился в своем новом звании."

"Для поминок был снят целый ресторан. Все гости прибыли в полном составе. И поспешно расселись по своим местам, выжидающе и преданно поглядывая в сторону Посланца. Подруги постарались подсесть поближе к Ире. Девушка выглядела вполне адекватно. Во всяком случае, в ее глазах того безумного фанатичного блеска было поменьше, чем у остальных. И еще девушка была непривычно грустной и почти ничего не ела.

— Все время думаю о папе, — призналась она подругам. — Как он мог так ужасно поступить? Ведь он сам всегда учил нас, что зло нельзя искоренить другим злом. Что же с ним случилось, что он в один миг взял и передумал?

— Думаю, это случилось не в один миг и даже не за один день, — сказала Кира. — Помнишь, ты говорила, что твой папа стал необычайно задумчив?

— Да. Он был очень странный.

— Все время думал?

— Молчал.