Любовница своего бывшего мужа

Вокруг гремит праздник, все танцуют, все болтают, все пьют и стараются не замечать две застывшие на расстоянии метра друг от друга гранитные фигуры, давно забывшие, как много лет назад часами не могли разомкнуть объятий.

На этой непринужденной ноте нам решает помочь менеджер Витя — отличный парень, душа компании, сын полка и внук бухгалтерии. Все его обожают, все его знают, называют «в каждой жопе затычка» и другими нежными словами. Именно таких товарищей изображают на карикатурах про экстравертов. Здоровый человек после получаса общения с Витей потом неделю не отвечает на звонки и не выходит из дома. Такта в нем как в щеночке бульдога, поэтому неудивительно, что он вообще не ловит носящихся между нами волн и вступает со своей партией:

— О, вы же не знакомы! — он поворачивается ко мне. Я на него не смотрю, я смотрю в глаза своему бывшему мужу и жалею, что у меня в роду не было ведьм. Так бы хоть наложила бы сглаз, и он облысел. — Это наш любимый бывший дизайнер, Леся Шумская, специально прилетела из России на юбилей!

Никто из нас не реагирует. Но Витю это никогда не смущало.

— А это наш новый проект-менеджер, Антон Шумский… — к концу фразы его глаза все сильнее округляются. Он всегда туго соображал, а сейчас еще и пьян, и потому только переводит взгляд с меня на Антона и недоуменно спрашивает:

— Шумский… Вы родственники что ли? Или однофамильцы?

— Хуже! — хором говорим мы с Антоном, синхронно поворачиваясь к нему, и Витя впервые, наверное, в жизни, допирает, что прямо сейчас ему здесь не рады. Он уметается в мгновение ока, а мы снова буравим друг друга взглядами.

— Я смотрю, ты оставила мою фамилию, — цедит Антон сквозь зубы. — Ты же так усиленно не хотела ее себе брать.

— Лень было документы менять, — отвечаю ему ядовитой улыбкой и холодным взглядом.

По сути нам нечего больше друг другу сказать.

Почему он устроился в мою бывшую компанию? Почему в филиал на Кипре? И не изменил место работы в соцсетях, чтобы я хоть узнала и подготовилась? Значит ли это, что он и семейное положение мог не изменить? Какие еще сюрпризы меня ждут? И не все ли мне равно?"

"Антон меряет меня ледяным взглядом с ног до головы. Мне ли не знать, как отлично он разбирается в моде и цене на шмотки. И сейчас все, что на мне надето, тщательно скалькулировано, помещено в граничные условия — сверху добавлены допуски и обстоятельства, — и в итоге вынесен вердикт. Теперь он точно знает мое финансовое положение, семейный статус и даже настроение. И все бы ничего, но я тоже слишком хорошо его знаю и без труда могу сравнить нас.

Он успешнее. По всем фронтам.

И это меня злит и жалит.

И бесит невероятно — особенно то, что он это тоже знает.