Любовница Его Величества (СИ)

Затем Ее Величество потянулась к кубку, ловко налила в него вина, и сместив камень на кольце, позволила серому порошку просыпаться в жидкость. Совсем немного, а затем быстро вернула камень на место.

— Выпей! — жестко приказала королева.

Катарина, видевшая весь процесс, испуганно ответила: — Нет!

— Ты выпьешь, Катарина, — ласково произнесла Алиссин, — потому что я так хочу! — Нет!!!

— Тебе так нравится, когда тебя принуждают? — на красивых губах королевы, появилась полная сочувствия и вместе с тем сожаления улыбка.

И львица ринулась в атаку, мгновенно сломив сопротивление, вылила вино в приоткрытый от боли рот, и зажала нос, вынуждая проглотить. Алиссин действовала быстро и умело, и едва добилась того, что Кати рефлекторно все проглотила, тут же села обратно. Тяжело дыша, Катарина с ужасом смотрела на довольно ухмыляющуюся королеву, и чувствовала, как очертания Ее Величества медленно расплываются.

— Вот уже и подействовало, — Алиссин предвкушающе улыбалась, — я насыпала совсем немного, потому что нам с тобой придется быть очень сдержанными, моя Кати… Но с другой стороны я готова и потерпеть, главное мы наедине… ну почти…

— Что вы мне дали? — прошептала девушка, чувствуя, как странное тепло расплывается по всему телу.

— Тебе понравится, — прошептала королева, пересаживаясь ближе к ней, — только старайся стонать не очень громко, Кати… Не хочу, чтобы Дариан присоединился…

Прикосновение губ Алиссин на этот раз опаляло огнем. Катарина попыталась отвернуться, но тело не слушалось, и вскоре она отвечала на поцелуй, и не желала, чтобы это прекратилось.

Тихий смех королевы, и восторженное:

— Кати, а ты страстная… Моя Катарина!

Рука королевы двинулась вверх по ее ноге, и Кати выгнулась от удовольствия, тая от умелых прикосновений, Алиссин едва успела накрыть ее вскрик губами, и страстно целовала, чувствуя, как девушку сотрясает впервые испытанное наслаждение."

"Дариан все же услышал сдавленный стон, и с ухмылкой подумал, что его львица снова развлекается. И он уже был не против. Теперь король четко осознавал — ему нужна Алиссин. Эта яркая, горделивая, опасная и такая развратная львица. Он уже предвкушал их ночи во дворце, и сладкие стоны Кати…

Стон повторился снова, и на этот раз он принадлежал Алиссин. Любопытство Его Величества было на пределе, но приходилось держать лицо, и двигаться верхом. Его выдержки хватило ненадолго. Спрыгнув с лошади, Дариан на ходу распахнул дверцу и остолбенев, позволил карете прокатится вперед. Затем быстро догнал, рывком запрыгнул, закрыл двери и выдохнул:

— Как ты этого добилась?

— Ш-ш-ш, — предупреждающе произнесла Алиссин, но было уже поздно.