Любовница Его Величества (СИ)

Вас более не побеспокоят!

Глядя вслед прекрасной королеве, мать и дочь с ужасом думали о будущем…

* * *«Катарина, Ортанон захвачен. Меня, отца и Рассана держат под домашним арестом. Но самое ужасное, что матушка и Елизавета не сумели спастись. Нам стало известно, что они вместе с королевской четой вернулись в Шарратас.

Мне больно говорить тебе об этом, но нас предали! Маерс и Декарам не посмели выступить против Шарратаса, пираты встали на сторону короны. Ты нужна нам, Кати, мне нужна.

Гарсан, барон ассер Вилленский».

Князь Арнар лениво перечитал послание повторно и аккуратно сжег его над свечой. Завершив уничтожение, резко поднялся и, напевая, направился к любимой.

Катарина сидела у аптекаря и слушала княгиню Арнар.

— Это трава Аллета, позволяет лечить легкие простудные заболевания, в виде настойки снимает головную боль. Записывайте рецепты!

Это было древнее правило — женщины рода Арнар обязаны были уметь лечить, поэтому Катарине приходилось днями напролет изучать травы и их применение. За несколько месяцев ее жизни в замужестве, девушка исписала не одну тетрадь, а свекровь все не унималась.

— Как себя чувствует моя возлюбленная? — Ранаверн входил в кабинет матери уверенно, и, подойдя, нежно поцеловал уставшую Кати. — Любовь моя, возможно на сегодня стоит прекратить?

— Ранаверн, — вмешалась княгиня Надия, — ты же сам просил отвлечь Кати от грустных мыслей…

Вздрогнув, Кати посмотрела на снежного барса и тихо спросила:

— Сведений из Ортанона нет?

— Любимая, — он взяв ее за руку, поднял со стула, — отсутствие плохих новостей, уже само по себе новость хорошая!

— Да, ты, несомненно, прав и все же…

— И все же не стоит думать об этом, — мягко произнес ирбис, и обращаясь к Надии, — Матушка, надеюсь, вы нас простите?

Женщина кивнула, и князь вывел Кати в коридор, уверенно направляясь в спальню.

— Ранаверн, — осознав, куда ее ведут, Катарина остановилась, — Ваше желание стать отцом мне понятно, но супруг мой, неужели ваши желания столь неуемны?

— Возможно, я просто желаю провести время с моим кареглазым ангелом, — невозмутимо парировал князь, подхватывая ее на руки.

— Возможно и так, — согласилась Кати, — но как-то верится с трудом, мой князь. Тихий смех и спокойное:

— А королю ты не отказывала…

Катарина сжалась как от удара, побледнела, но ответить не решилась. За те два с половиной месяца со дня их свадьбы, Арнар все чаще вспоминал о ее унижении. Он не винил ее, не осуждал, но стоило проявить хоть малейшее неповиновение, и он хлестал насмешками как плетью.