Любовница на службе мэра (СИ)

— Что ж, раз нам потребуется еще полчаса дожидаться герцога Гейрлейва, то предлагаю провести время с пользой, — продолжил Габриэль, — Например, можешь достать свои скелеты из всех шкафов и других укромных уголков и, наконец, поведать мне, что же ты такого ужасного сотворила, раз собралась бежать тотчас, когда на горизонте появились твои преследователи?

Выдав эту тираду, Делмарк был абсолютно горд собой. Но обращать внимания на его своеобразный юмор я не стала. В конце концов, каждый из нас находит свои способы справляться с превратностями судьбы.

Пожалуй, проще будет один раз показать ему, как это действует, чем долго и нудно объяснять все вводные.

— У тебя есть платок? — поинтересовалась я у господина мэра.

— Платок? — удивился он, явно ожидавший услышать от меня совершенно другое, — Зачем тебе платок, Агата?

— Для чистоты эксперимента, — решительно заявила я.

— Хорошо, — вздохнул Габриэль, — Но если собираешься вздернуться на нем, то должен предупредить, что надежнее будет веревка.

После чего он поднялся с кресла и вышел за дверь. А уже через считанные минуты вернулся с шелковым шейным платком и протянул его мне.

— Нет, — покачала я головой, — Завяжи мне глаза платком, и затяни потуже, чтобы точно удостовериться в том, что я ничего не вижу.

— Агата, меня, безусловно, радует твоя изобретательность. Но ты не находишь, что сейчас обстановка несколько не располагает к пикантным играм?

Кто о чем, а лысый о расческе…

— Ты же хотел узнать, что я такого ужасного умудрилась совершить? Вот сейчас и узнаешь, — припечатала я.

— Я уже почти пожалел, что вообще задал этот вопрос, — пробурчал себе под нос Делмарк, но просьбу мою выполнил.

Когда шелк накрыл мои глаза, и перед глазами предстала полная темнота, Габриэль с готовностью поинтересовался:

— А дальше что?"

"— А теперь подай мне стопку писем, — скомандовала я, — Любых, но лучше тех, что не старше месяца.

— Ты собралась читать с завязанными глазами? — опешил господин мэр.

В этом-то и весь смысл.

— Просто делай, что я говорю, — ворчливо отозвалась я.

Делмарк вздохнул, но спорить дальше не решился. Видимо, понял, что проще выполнить мою просьбу.

Из-за временной слепоты обострились все остальные органы чувств. И я отчетливо могла слышать треск свечей, чувствовать запах воска и улавливать приглушенные голоса, доносящие с улицы.

Зашуршали листы пергамента, раздались приглушенные шаги Габриэля, а следом мне в руки ткнули пачку писем.

Дар, спящий большую часть времени, откликнулся почти сразу. И с жаждой путника после долгой дороги он пронесся по венам и устремился наружу, прямо к ладоням, в которых лежали листы пергамента.

Не выдержав потока магии, я откинулась на спинку кресла, когда перед глазами предстали фрагменты первого видения.