Любовница на службе мэра (СИ)

К тому моменту, когда я нагнала Софи, она уже успела провести ревизию в моих шкафах и вынести неутешительный вердикт:

— У тебя из съестного только печенье недельной давности и чай. И то, печенье это я сама приносила. Ты вообще чем питаешься, Агнес?

Ну вот и как ей объяснить, что учить готовке благородную леди родители не додумались, а нанимать для этих целей повариху меня жаба задушила?

Пришлось отделываться простым:

— У меня просто нет времени заниматься всем этим.

— Ага, я вижу, — кивнула господа Вудворд, но отступать от темы и не думала, — Зато у тебя на плите стоят котелки с зельями. У тебя же целая лавка для этих целей есть. Зачем работу на дом тащить?

— А, может, ты, наконец, перестанешь отчитывать меня как заботливая тетушка и перейдешь к делу, ради которого и пришла? — предложила я.

— У меня четверо младших братьев и сестер. Поверь, я знаю толк в том, как правильно вести быт, — не без гордости отметила Софи.

— А вот чувству такта тебя, видимо, научить забыли, — буркнула я себе под нос.

— Бука ты, Агнес, — ничуть не обиделась госпожа Вудворд.

А после принялась хозяйничать на моей кухне. Поставила воду на плиту и достала из шкафа последние запасы печенья, выкладывая их на тарелку.

— Скажи честно, Софи, — поинтересовалась я у соседки, — Ты ко мне просто поесть пришла?

— Было бы что в этом доме есть, — фыркнула в ответ госпожа Вудворд и тут же примирительно произнесла, — Прости, но когда я нервничаю, мне нужно что-нибудь запихнуть в рот, чтобы успокоиться. Для этого даже печенье недельной давности сгодится.

— А есть повод для нервов? — уточнила я, предчувствуя очередные беды на мою больную голову.

— Поверь мне, есть, — драматично отозвалась подруга.

Интригу она выдерживала долго. Ровно до тех пор, пока не закипела вода, не был заварен чай, и не было съедено все печенье. И лишь после того, как госпожа Вудворд лично убедилась в том, что в моем доме не осталось и крошки, она, наконец, перешла к делу.

Взгляд у юной представительницы журналистского дела был таким затравленным и виноватым, что я раньше дела начала переживать."

"— Понимаешь, Агнес, тут такое дело…

— Если ты будешь тянуть, то я лишусь последних нервов, — честно призналась я.

— В общем, прости меня, — выпалила соседка, и, пока я не стала расспрашивать, за что конкретно она извиняется, Софи скороговоркой продолжила, — Я правда старалась в своей статье не выдать тебя, несколько раз ссылалась на анонимного источника из столицы. Но господин мэр все равно каким-то образом понял, что это ты. Явился сегодня в редакцию и расспрашивал о статье и твоем участии в ее написании. Но я молчала, честно!

Госпожа Вудворд, излившая душу и облегчившая свою совесть, сидела, втянув голову в плечи, и ожидала своего приговора.