Его любовница Грета

Долг платежом красен

Благими намерениями вымощена дорога в ад.

Отец пообещал помочь привести Игната в чувства, а я знала, что он всегда выполняет свои обещания. Прошёл месяц с похорон, а Игнат так и ходил чернее тучи. Я знаю, что этого времени ничтожно мало, чтобы прийти в себя и всё же, мне казалось, что он тонет в своём горе. Поэтому и только поэтому, я доверилась в этом вопросе отцу. Когда он попросил пригласить Игната к нам, я поняла, что наступил тот час икс, когда он взялся исполнить обещанное. Я выполнила свою миссию, и Игнат появился на пороге нашего дома в назначенное время. Я встретила его и проводила к отцу в кабинет. Папа попросил оставить их наедине. Это было неправильно, но выйдя из кабинета и закрыв за собой дверь, я решила подслушать их разговор. И вот, что я услышала:

– Вы хотели меня видеть? – Спросил Игнат.

– Присаживайтесь, молодой человек. – Тон отца был строгим.

– Благодарю. – Всё тем же безжизненным голосом говорил парень.

– Вы помните эту бумагу? – Вероятно, он расписывался в получении денег на операцию. Отец был обязательным в таких вопросах.

– Да, конечно. – Напрягся Игнат.

– И что же? Я всё понимаю… События в вашей жизни были крайне тягостные, но время идёт, а вы молчите. И как, вы полагаете, я должен к такому относиться? Я начинаю переживать за свои, скажем так, вложения. Я надеялся получить молодого специалиста в компанию, который отработает долг и принесёт пользу, но я не могу ждать вечно. Либо вы выходите на работу завтра же и приступаете к делу, либо возвращаете деньги, вот, что я вам скажу. Долг, знаете ли, платежом красен. – Мне было так паршиво от того, что я накликала это на голову Игната. Хотелось войти в кабинет и остановить отца, но… Я знала, что это сделает только хуже. Правильно говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Я хотела, как лучше и потому проявляла жалость, но имела ли я на это право? Хотела бы я, чтобы меня жалели? Нет, я не хотела бы. Так почему я считала, что поступаю правильно? Я хотела помочь ему, поддержать, но кажется переборщила. Заставив разжать пальцы, отпуская дверную ручку, я ушла к себе. Так будет правильно – Говорила я себе. – Я поступила верно. Просидев в комнате достаточно долго, я думала ушёл ли Игнат или ещё нет, и только когда отец постучал в двери я поняла, что разговор окончен. Папа присел рядом с мной и погладил меня по голове.

– Ничего-ничего. Я знаю, это непросто, но ты не дала слабину. Выйдет на работу и время для него потечёт иначе, а голова будет занята. Постепенно одни мысли за другими начнут вытеснять тягостную реальность и ему станет легче. – Папа знает, о чём говорит. Он и дедушек, бабушек хоронил, скольких друзей, сослуживцев… Время нещадно идёт вперёд, оставляя позади всё. – И ты не кисни.