Любовь всесильна

 — Ты сделала это в Лондоне — выслушала и согласилась со мной, а потом исчезла. В этих невинных глазах словно опускается фиолетовый занавес, отсекающий твой мозг от всего и от всех. — Его теплое дыхание щекотало ей висок. — Будь я проклят, если позволю тебе снова так удрать!

— Почему? — тихо спросила она. — На днях ты говорил, что тебя интересует только мое тело.

— Я передумал, это свойственно не только женщинам, — усмехнулся Чейз и притянул ее ближе, так что она отчетливо почувствовала его возбуждение. — Я хочу знать каждую твою мысль!

— Сердиться — вряд ли лучший способ заставить меня излить перед тобой душу, даже если мне этого хочется, — прерывающимся голосом сказала Глория.

А ей действительно хотелось, ужасно хотелось сказать ему, что она любит его. Но она молчала, так как боль прошлого мешала ей говорить. Возможно, ей стоило сказать Чейзу об этом, подумала она, это был бы верный шаг навстречу друг другу. Но их брак мог возродиться, только если она постарается вернуть любовь Чейза, конечно если он еще способен на такое чувство.

— Я иногда сомневаюсь, что у тебя есть душа, — проворчал Чейз. — Единственный способ добраться до тебя — вот этот, — добавил он с угрожающей мягкостью, накрывая ее рот своими губами.

Она вздохнула, их дыхание смешалось, и Глория почувствовала, что снова падает вниз, вниз, вниз в бездну желания, которое возбуждал в ней только Чейз.

Неожиданно он легко толкнул ее.

— Раздевайся, Глория, — с нажимом сказал он, проворно стягивая через голову рубашку и расстегивая шорты. — Шевелись!.. — темное пламя полыхнуло в его глазах. — Я не настроен терпеть…

Странное томление повисло в воздухе, и Глория, как во сне, повиновалась Чейзу, снимая платье через голову, не переставая смотреть, как он освобождается от шорт вместе с плавками. Даже когда он шагнул к ней и впился пальцами в нежную кожу ее плеч, она не могла оторвать взгляд от его ладной, мускулистой фигуры. Ей бы следовало испугаться, отстраниться от него, но она не могла этого сделать: она любила и хотела его…

Глория глубоко вздохнула и подняла глаза. Увидев его мрачное выражение лица, она вздрогнула, но что-то придало ей решимости попытаться сбить его гнев.

— Зачем торопиться, Чейз? — кокетливо спросила она. Опустив длинные ресницы, она протянула руку и легко провела пальцем по его шее. — Можно принять совет Луиджи и насладиться сиестой!

От удивления его мрачное лицо прояснилось, уголки чувственного рта искривились в подобии усмешки.

— Черт тебя побери, Глория… ты меня прямо смутила. — Он кашлянул, и казалось, что гнев его растаял. — Но я хочу наслаждаться только таким способом!

Он нежно взял ее на руки, бережно положил на кровать и накрыл собой. Он горячо и страстно поцеловал ее, а его руки жадно ласкали ее тело.