Любовь меняет все

Действительно, здесь все трудились не покладая рук. Но хмурых или недовольных лиц Дейдре не заметила. Здесь была совсем другая жизнь, и люди были совсем не такие, как там, снаружи. Брукхейвен хоть и требовал полной самоотдачи, хорошо платил своим работникам, и они, похоже, уважали его и ценили за щедрость.

А ты чем лучше их?

И все же ей не хотелось ставить себя на одну доску с его наемными рабочими. Возможно, она делает из себя посмешище, воюя с ним, но в ее случае цель оправдывает средства.

Дейдре смотрела на мужа с тайным вожделением. Он стоит того, чтобы за него бороться, еще как стоит!

– А теперь, если вы посмотрите наверх, вы поймете, что выделяет эту фабрику из всех прочих и что помогает нам добиться беспримерной эффективности.

Глаза его сияли, его распирало от гордости, и эта, наверное, вполне заслуженная гордость вызывала в Дейдре искреннее восхищение. Она бы с радостью смотрела только на него и на него одного, но все же послушно подняла голову.

Над ними, как ей казалось, хаотично переплетались канаты. В полусумраке она не сразу заметила, что эти канаты или, скорее, ремни еще и двигались! Проследив глазами за движением этих переплетающихся лент, Дейдре обнаружила, что все они сходятся в том месте, где громко пыхтит спрятанный в железном корпусе паровой двигатель. Из этого железного ящика торчал стальной кривошип толщиной с ее бедро, который и управлял движением всех этих ремней.

Вся эта конструкция, казалось, была придумана и создана безумцем, но Брукхейвен, очевидно, думал по-другому. Он смотрел на всю эту адскую паутину с чувством глубокого удовлетворения и нескрываемой гордостью."

"– Как видите, присоединив каждый из отдельно стоящих станков к ведущему зубчатому колесу парового двигателя с помощью системы приводов, мы добились того, что вся фабрика работает как одно целое. – Ей показалось или он улыбался? – Как один живой организм.

Дейдре видела, как исчезла хмурая складка между бровями Брукхейвена, как смягчился абрис скул. В этот момент она поняла нечто очень важное о своем муже. Колдер был человеком, потерявшим веру во все, кроме машин. Они, механические создания, не способны на предательство, а если что-то с ними случается, их всегда можно починить. Эта фабрика, этот грохочущий, скрежещущий организм и был настоящим домом для Колдера – не для маркиза, не для взрослого мужчины, а для умного одинокого мальчика, что жил в нем. Только здесь, внутри этого механического мира, в объятиях этих металлических рук, он был беспечен и счастлив. Он был таким, каким Дейдре никогда не видела его прежде.

Она взглянула вниз всего на миг и вдруг ощутила гармонию в движении, что на первый взгляд казалось хаотичным. Это все напоминало ей гигантскую карусель, которая разве что в кошмаре может привидеться.