Любовь до востребования

Прикусив губу от напряжения, она шагнула наружу и еле сдержалась, чтобы не охнуть –ледяная поверхность больно укусила голые ступни.

Нет, идти дальше – безумие. А увидит кто-то, как будущая жена альфы, в чём мать родила, крадется по кустам и следит за отцом и сыном? Решат, что она сошла с ума. Не принято у оборотней скрывать чувства и желания – хочешь своего волка, вы пара – иди и бери. А скрадывают только врага, добычу или во время игры маленькие волчата. Оля за волчонка никак не сойдёт, поэтому – она может выслеживать только врага или добычу. Ни тем, ни другим Максим и Илья быть не могут, надо уносить ноги, пока не стало слишком поздно!

Опомнившись, женщина вернулась назад, в предбанник.

Илья, вне себя от злости и обиды, не помнил, как влетел в речку. Вода мгновенно выбила из головы лишние мысли, охладила и тело и разум.

Луна, что он творит?

- С головой ныряй! – жесткий, без малейшего тепла, голос отца. – Не стой столбом, шевелись!

Послушался, тем более, альфа прав – запах прикосновения к чужой паре необходимо удалить.

К вечеру ощутимо подмерзало, мало того, что вода в реке близка к точке замерзания, так ему еще и до дома добираться в мокрой одежде – простуда, практически, неизбежна. С другой стороны – отец не выставит его из клана, пока Илья не поправится. Будет возможность подольше побыть рядом с Олей. Ну, как рядом? В одном поселке. Всё ближе, чем когда они с Алиной вернутся на промыслы. Даже без возможности прикоснуться, просто видеть её, знать, что она неподалёку, слышать Олин голос – уже счастье.

- Теперь перекинься, минута волком, отряхнулся пару раз, и тут же обратно, - приказал отец.

Пришлось подчиниться.

Двойной оборот высушил одежду, волосы, всё тело, лишил надежды на простуду. И на задержку в клане.

- Поговорим, сын?

- О чём? – насупился Илья. – Тебя бы в мою шкуру.

- А чем тебя твоя шкура не устраивает? Молод, силён, с мозгами, правда, пока не очень дружен, но это, надеюсь, преходяще. Сука под боком, хоть не слезай с неё, на угодья едешь, где ты хозяин в моё отсутствие. Чем плохо?

- Но Оля… Она с тобой, а я – там, без неё! – с вызовом выдал сын. – Думаешь, легко знать, что вы спите вместе?

- В том-то и дело, что мы с ней вместе только спим, - рыкнул волк, теряя терпение. – Не хочешь пять лет целибата, на которые я себя обрёк по твоей милости? Твою самку мне нельзя, а других – волки не поймут. И ты ещё смеешь устраивать тут сцены ревности, рискуя всех раскрыть?

- Отец, я…

- Мне не очень нравится напоминать, но ты не оставляешь мне выбора. В этом положении мы все оказались исключительно по твоей вине, поэтому прекрати вести себя как обиженный щенок. Прекрати думать только о своих чувствах и желаниях! Вспомни, что если ты сорвёшься, то пострадают две волчицы. Ни одна из них ни в чём не виновата, но рискует лишиться жизни.