Любовь до востребования

Надо же… Не бил бы, не пришлось бы подушки подкладывать!

Умка согласно уркнула.

Характер волчицы заметно изменился. Если раньше она вела себя непосредственно, всегда пребывая в хорошем настроении, то теперь волчица никого не хотела видеть, а на всех самцов реагировала одинаково – рыком. Правда, на Максима она не рычала, видимо помнила жестокий урок. Просто отворачивалась, показывая, что не желает его ни видеть, ни слышать.

Как всегда, простые, но очень сытные и вкусные блюда – только очистив тарелку, Оля поняла, насколько проголодалась.

- Чаю? – предложил Максим.

- Чуть попозже, дух переведу, - Оля отодвинулась от стола, откинувшись на спинку. На мягкой подушке сидеть было комфортно, и попа неудобств почти не доставляла.

Внезапно зазвонил телефон внутренней связи, волк отложил ложку, потянулся к аппарату и снял трубку.

- Да. Да? Да! Сейчас, - оторвавшись от содержательного разговора, муж обратился к супруге, - Оля, подай, пожалуйста, мне синюю папку. Она в среднем ящике стола, с той стороны, от окна.

И продолжил беседу, время от времени вставляя междометия и варьируя интонацией с бесконечными «да».

Женщина вытащила папку, задвинула ящик обратно и замерла – в нижнем ящике, приоткрытом на треть, виднелись рассыпанные документы, в том числе, такая знакомая обложка её паспорта. Сглотнув, Ольга посмотрела на альфу – тот, повернувшись спиной, активно жестикулировал, что-то объясняя собеседнику. Как заворожённая, волчица протянула руку и вытащила книжечку, придвинула ящик, чтобы он почти полностью закрылся и, незаметно затолкав находку за голенище унтов, вернулась к мужу.

- Эта?

- Да, спасибо! – Максим быстро улыбнулся ей и забрал папку. – Ты ешь, не жди, я не скоро.

- Тогда я пойду?

- А чай? – волк на секунду оторвался от трубки, прикрыв её ладонью. – Выпей, я налил уже.

В четыре огромных глотка, обжигаясь и давясь, она проглотила жидкость и спешно ретировалась, на ходу поблагодарив за обед.

- До вечера! – крикнул ей в спину муж.

Ни жива, ни мертва, она кое-как дотянула до конца дня, отвечая невпопад, если к ней обращались. И шла домой, трясясь.

Украла! Правда, свой паспорт, но, тем не менее – вытащила без спроса. Если за ложь ее выдрали – неделю почти сидеть не могла, то, что будет, если обнаружится кража?

Но Максим пришёл в хорошем настроении и ничего не спрашивал. Видимо, не заметил пропажи!

Зато она сделала интересное открытие – в паспорте лежала кредитная карточка на её имя, и тут же, на бумажке, четыре цифры, видимо, пин-код. А под обложкой оказался почти клад – пятитысячная бумажка. Видимо, когда-то сама засунула туда и забыла. Была у неё такая привычка – держать под обложкой паспорта крупную купюру или две, на всякий пожарный. Вот он и наступил – пожарный.