Любовь в прямом эфире (СИ)

Лев вновь то рычал, как царь зверей, то шептал на ухо о любви, прощении и искуплении. А я смотрела на него затуманенным взором и боролась с собой, чтобы только не сказать ему три главных слова. Не сейчас.

Когда мы оба получили то, чего хотели, — взлетели и упали вместе — я собиралась отстраниться, но Лев перехватил инициативу и своей огромной лапой пригвоздил меня к себе. И вот теперь моя голова лежит на его плече. Он гладит мои волосы, пропуская их через длинные пальцы. Мне и самой очень хочется положить ладонь на его грудь, но я держусь и выгляжу нелепо, потому что не знаю, куда деть руки. Не придумав ничего получше, натягиваю на себя одеяло, прикрывая грудь. Лев смеется:

— Что я там не видел?

— Лучше тебе не знать, — глухо отзываюсь я.

— По-моему там все прекрасно, — не унимается Лев, и я бросаю на него гневный взгляд.

— Это была разовая акция, Лев Николаич. Спасибо, конечно, но тебе пора на работу, — сажусь на кровати, прикрывшись плотной тканью."

"— Я уже сказал, что меня сегодня не будет, — Лев поворачивается на бок и подпирает голову ладонью.

— Только я не предлагаю тебе остаться на чай.

— Зачем чай? Есть другие способы провести время, — нагло подмигивает мне.

— У меня в зале больной кот, — показываю рукой на дверь.

— Да, точно. Кот, — обреченно вздыхает бывший.

Я хочу встать с кровати, но Лев ловит Мышку за запястье, и за какую-то ничтожную долю секунды я снова оказываюсь под ним.

— Попалась! — улыбается он.

— Тебе правда пора. Кеша хоть и слабый, но ботинки твои найдет с закрытыми глазами, — предупреждаю я.

— Кеша — мужик. Он помнит добрые дела. И потом я держал его на руках. Мы считай породнились.

Лев заскользил по мне взглядом, отчего лицо вмиг вспыхнуло слабым румянцем, а глаза сощурились в ожидании подвоха.

— Что ты хочешь? — спрашиваю серьезно и мужчина сокращает расстояние между нами.

— Тебя, — шепчет в губы и снова целует.

А дальше все снова как в тумане. Надо всерьез задуматься о смене гормональных, которые вызывают во мне очень сильное желание. Еще пара таких фокусов от моего организма, и Лев у меня пропишется, потому как мы уже переступили черту, разделяющую наши разборки и постель. И в постели у нас получается ладить намного лучше.

— Я в душ, — сбегаю прежде, чем он снова заграбастает меня своими львиными лапами.

Забегаю в ванную, поворачиваю замок на двери и смотрю на себя в зеркале. Опухшие губы, взлохмаченные волосы, довольный блеск в глазах, а внутри бабочки не просто порхают, а истерично взмахивают крылышками, требуя продолжения банкета. Ага, разбежались. У меня с возвращением Льва такие эмоциональные качели, что уже страшно. В одну минуту я ору и плачу, в другую отдаюсь ему без боя. Наверное, в психологии и этому найдется объяснение.