Любовь в награду

Ох, если бы у нее был выбор!

Миссис Уинтроп откашлялась:

– Скорее всего он никогда не станет целиться в вас. Но все равно, видите, с одной рукой у него все в порядке, так что если вам покажется, что он в настроении кинуть что-нибудь, лучше уйти с его глаз долой.

Элайза понадеялась, что это всего лишь черный юмор. Боже, как на это ответить? Она опустила глаза на побелевшие костяшки своих пальцев. Они были словно хрустальные шарики – в них ей помощи не найти. И она решила глубокомысленно кивнуть.

– Насколько я понимаю, это, слава Богу, случается редко, – пояснила миссис Уинтроп. – Я говорю о настроении принца кидать предметы.

– А мы всегда должны рассчитывать на удачу, – быстрее и более сухим тоном, чем хотела, проговорила Элайза.

Брови миссис Уинтроп взметнулись, словно птицы, выпорхнувшие из куста. Несколько мгновений она внимательно смотрела на Элайзу.

Элайза затаила дыхание.

А потом на лице миссис Уинтроп промелькнула улыбка, которая походила на уголек, вылетевший из далекого походного костра. Такие Элайза видела, долгие недели плутая в метафорическом темном лесу.

– Ну хорошо, миссис Фонтейн, я с удовольствием представлю вас лорду ла Вею, принцу дома Бурбонов. Если только он расположен с вами побеседовать.

Как ни странно, говорливая миссис Уинтроп приумолкла, ведя Элайзу по лабиринту темных коридоров Адлин-Хауса. Фитили свечей здесь давно не подрезались, и некоторые чадили в подсвечниках неровным дымящим огнем. Элайза нахмурилась. Дом был довольно большой, но в комнатах, мимо которых они быстро проходили, огонь в каминах либо едва теплился, либо не горел вовсе. Она украдкой провела пальцем по деревянной панели и собрала заметный комочек пыли.

Где же прислуга, о которой ей говорила миссис Уинтроп?

Они поднялись на один пролет мраморной лестницы с гладкими скромными перилами, и миссис Уинтроп наконец остановилась у двери, за которой, похоже, находился кабинет хозяина дома."

"В кабинете было темно и тихо, как в пещере, но огромное пляшущее пламя в камине отбрасывало яркие отблески, освещая полированные ножки туго набитого диванчика, пару роскошных стульев, инкрустацию на маленьком круглом столике, позолоту на рамке карты, а также подставку большого глобуса, пустой хрустальный графин и крохотный, лишь наполовину наполненный флакончик с опием – болеутоляющим средством доктора Сиднема на буфете.

Взгляд Элайзы остановился, дойдя до сверкающих ботфортов, стоявших у камина. А потом поднялся по ним вверх.

В ботфортах стоял мужчина. Очень высокий мужчина.

Элайзе показалось, что он просто огромного роста. Огонь отбрасывал его тень почти до того места у двери, где находилась она. Элайза невольно отступила на шаг назад, как будто спасаясь от потока лавы.