Игра в любовь

Он зачесал влажные волосы назад, она чувствовала тонкий запах его средства для бритья. Этот запах стал для нее чистым афродизиаком.

Она села как можно дальше от него.

Но он как будто этого и не заметил. Они с Диконом увлеченно обсуждали купленных вчера овец. Эта тема ее мало интересовала. Поэтому все это время она молчала, словно статуя, тайком любуясь мужем.

Вошла миссис Мак-Эван и стала накрывать стол к завтраку, Финелла ей помогала, подавая дополнительные тарелки. Миссис Мак-Эван торжественно поместила в центр стола горячий свежевыпеченный хлеб. Затем она поставила перед Энн тарелку с домашними колбасками. Дикон тоже получил свою порцию.

Айден довольно улыбнулся.

— Обожаю домашние колбаски на завтрак!

Глаза его горели от нетерпения.

Миссис Мак-Эван поставила перед ним тарелку, и улыбка Айдена тут же померкла. То, что лежало на его тарелке, скорее напоминало два уголька. Он заглянул в тарелку к Энн, потом к Дикону и, наконец, поднял глаза на миссис Мак-Эван.

— Вам не кажется, что мои колбаски получились чересчур поджаристые?

— Я сожгла их полностью, — гордо сказала миссис Мак-Эван. — То же самое я сделаю и с вами, если вы еще раз посмеете тронуть нашу дорогую графиню.

Финелле было стыдно за мать, она всячески старалась увести ее назад на кухню, но миссис Мак-Эван разошлась не на шутку.

— Ваша жена! — воскликнула та. — Она очень, очень хорошая женщина.

— Она англичанка, — вставил свой комментарий Дикон, у которого рот был набит колбасками.

Миссис Мак-Эван налетела на него:

— Она жена лэрда, а значит, одна из нас. Видел бы ты ее вчера. Она работала лучше любой из нас!

Дикон бросил на Айдена взгляд, отчетливо выражавший мысль: «Я же тебе говорил».

Но Айден оставил его без внимания.

— Спасибо, миссис Мак-Эван.

Она сделала поспешный реверанс.

— Не сочтите мое поведение непочтительным, лэрд.

— Я все понимаю, миссис Мак-Эван.

— Приятного аппетита, лэрд.

— Спасибо.

Она развернулась и вышла из комнаты, всем своим видом демонстрируя удовлетворение. Финелла засеменила следом, она выглядела весьма подавленной.

Энн боялась взглянуть на мужа. Когда же она, наконец, набралась смелости и подняла глаза, то обнаружила, что он ест подгоревшую колбаску.

Он поймал ее взгляд.

— Члены моего клана — люди свободные и независимые, — сказал он в ответ на ее невысказанный вопрос по поводу поведения миссис Мак-Эван.

Дикон расхохотался.

— Да просто они шотландцы!

Айден тоже начал смеяться. Вскоре они оба хохотали так сильно, что оказались не в состоянии доесть завтрак. Даже Энн передалось их настроение.

Но если она решила, будто на этом ее испытания закончились, то она глубоко ошибалась. Стоило только им покончить с завтраком, как Айден сказал:

— Энн, следуйте за мной.

Он пошел к выходу.