Игра в любовь

Если бы я не вышла за вас, дядя пристроил бы меня компаньонкой. Я бы не смогла жить, подчиняясь прихотям какой-то старой девы. Уж лучше быть заживо похороненной.

— Энн… — Он не знал, что сказать. А говорить банальности у него язык не поворачивался.

Она подняла на него глаза.

— Я хочу мужа, детей и собственный дом. Сегодня, когда вы сказали, что мы едем домой, я испытала такую тоску, что даже страшно стало. А потом мы приехали в Кельвин, и я поняла, что не видела места красивее.

— В большом зале вы выразились несколько иначе.

Его меткое замечание неожиданно вызвало у нее смех.

— Да уж, там настоящий ужас.

— Точно, — согласился он и тоже не смог сдержать улыбку.

Но тут ее улыбка померкла.

— Не прогоняйте меня. Даже с вашими деньгами мои родственники сочтут меня неудачницей. Я буду делать все, что пожелаете. Я даже готова спать в постели со вшами. Мне некуда возвращаться. Вы даже не представляете, каково это.

Айден посмотрел в ее полные мольбы глаза и хотел сказать, что уж он-то как раз знает. Живя в Англии, он постоянно чувствовал себя там чужим. Только приехав в Кельвин, он понял: вот оно, то место, которое он искал всю жизнь.

Он встал с кровати. Она поднялась вместе с ним.

— Так вы все-таки отошлете меня назад?

— Не знаю, — честно ответил он.

Дикон был прав: он не мог контрабандой ввозить датский порох для повстанцев, пока в замке находился человек из Англии.

Но отправить ее назад к Альпине он уже тоже не мог. Он махнул рукой на дверь.

— Поспите лучше в моей кровати. Я не хочу, чтобы наутро вы чесались, словно одна из моих гончих.

— То есть я могу остаться? — с надеждой спросила она.

Он не готов был ей этого обещать.

Она порывисто вскочила и поцеловала его в щеку. Наверное, это был самый невинный поцелуй из тех, что ему приходилось получать от женщины за последние десять лет и в ближайшие десять лет тоже. Но ее глаза снова сияли, и они оба испытали некоторую неловкость.

— Только не плачьте, — предупредил он ее. — Не выношу плачущих женщин.

— Я никогда больше не заплачу, — заверила его она и робко проследовала за ним в коридор.

Он отвел ее в свою спальню, где поднял соболью накидку.

Она потопталась на месте в нерешительности.

— Эти все меха — ваши охотничьи трофеи?

Он отрицательно помотал головой.

— Часть из них подарили мне датчане и другие купцы. Некоторые принесли мне как дань. Сам же я охочусь только ради пищи.

— Сдается мне, раньше вы говорили, что ходите на охоту только из спортивного интереса.

— Спортивный интерес в этом тоже есть.

— Он заключается в том, чтобы раскрашивать лицо синей краской? — мягко поддразнила она его. — Вы действительно разрешите мне остаться здесь, если я захочу?

— Это мы еще обсудим. — Он направился к двери. — На сегодняшнюю ночь комната ваша.