Любовь в академии

— Оу! Так у птичек сезонная миграция? А я уже распереживалась, что их сюда что-то поманило, — нервно хихикнула Люба и послала Эдмарду взгляд, взывающий о помощи.

— Сначала в нашем очаге появилась золотая ящерица, теперь птицы, — задумчиво произнес Эдмард, совершенно не желающий называть этих пернатых фениксами. — Наследник императора входит в силу.

— Так ты думаешь, эти перемены из-за Норгата? — незамедлительно уточнила Шумская.

— Интересное предположение. — Госпожа Филария сделала очередную пометку в тетради. — Я просто обязана отработать и эту версию.

— Истинный принц творит чудеса, — тихо “подпела” ей Шумская.

Эдмард важно закивал, надеясь, что госпожа Филария не вспомнит, что к Норгату прилетели золотоперые птахи, когда он сам покинул Академию Пламени.

ГЛАВА 21

Люба

Первый месяц в Академии Пламени пролетел в один миг. Моя жизнь понемногу влилась в нормальное учебное русло. Для начала магистры Ард и Эгарт смирились, что им не уговорить ректора провести для меня дополнительные испытания и не вынудить сменить факультет. Убедившись, что эта опасность миновала, я успокоилась и смогла сосредоточиться на учебе.

Магистр Лорини оказался толковым гидом по Альтасу и умело использовал “мультимедийный” архив академии для проведения индивидуальных занятий, положенных мне как иномирянке. Записи с кристаллов прекрасного компенсировали отсутствие выездных практик, на которые первогодок до первых экзаменов брать было не принято. Магистр Лорини повидал немало и теперь щедро делился этими знаниями. О своем положении он поведал предельно откровенно, чтобы я не собирала сплетни от других. Маг льда был пленником юга, но работа в академии подарила ему интересную жизнь, которой он был доволен.

На лекциях, затрагивающих историю Альтаса, Лорини скупо перечислил события, потрясшие этот мир двадцать лет назад, и сосредоточился на последствиях. Я узнала, сколько новых государств образовалось на территории бывшей единой империи, кто ими управлял и какие отношения связывали нынешних правителей. Вот так первые лекции по географии сменились уроками истории и политологии. Конечно, магистр Лорини так их не называл. Я сама систематизировала сведения, которыми он меня заваливал. Особое внимание пришлось уделить тому, что здесь называлось магическим правом, включающим как письменные сделки, так и устные клятвы."

"Радовали меня и успехи моей группы. Адепты Третьего факультета больше не напоминали безмолвные зашуганные тени и научились давать отпор задирам с факультетов разрушителей и защитников. Отчасти это была заслуга их кураторов. После первых же успешно написанных тестов по теории аур и магическим источникам я зачла штрафникам-старшекурсникам отработку и освободила от шефства над новичками.