Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

По молодости она не задумывалась об этом, была увлечена борьбой за внимание Владыки, дворцовыми интригами, но сейчас не могла отделаться от мысли, что остался последний шанс изменить свою жизнь."

"Есть закон, что после тридцати пяти лет брака жена Владыки может попросить ее отпустить. Это придумали из-за дракониц с древней кровью. Если не удалось понести от Владыки, то есть шанс родить от другого. Их кровь слишком ценна, чтобы терять такой ресурс. Однако быть женой Владыки – это престиж и возвеличивание рода, и потому пользовались этим правом редко. А жены человеческого происхождения – еще реже: ради чего бросать жизнь в почете и богатстве, когда молодость уже прошла? Но прецеденты все же есть.

Рогнеда все чаще думала о будущем. Она удовлетворила свои амбиции, став главной во дворце, но со временем это потеряло значение. Она устала, в последнее время хотелось покоя и душа ныла, требуя чего-то. Ей часто снились луга из детства и запах сена, мягкость которого не заменит пуховая постель.

Фестер громко заржал, напоминая о себе.

– Держи, мой хороший. – Старшая жена Владыки протянула ему яблоко. – Мы с тобой старики, с ностальгией вспоминающие прошлое…

* * *Владыка спешил, желая сам разобраться, что же произошло. Напряженно прислушивался, но крик больше не повторялся. Помимо этого, он внутренними сенсорами ощупывал окружающее пространство, однако все было спокойно. Тем не менее дракон посчитал нужным предупредить стражу, чтобы держались наготове и усилили бдительность, и вновь незаметно растворился в пространстве.

Мало кто знал об этих его способностях в человеческой форме. Кровь матери, которая, как оказалось, кроме человеческой имела в себе и эльфийские корни, при смешении с драконьей дала неожиданные плоды и одарила его очень щедро. Ожидавшие, что наследник родится слабым и можно будет побороться за трон, быстро обломали клыки и крылья.

То, что в его дворце кто-то посмел причинить боль женщине (неважно, гостье или служанке), – вызов, брошенный лично ему. Ведь все они находятся под его защитой. В империи Арргонов трепетное отношение к женщинам, такое не встретишь в других странах. А как иначе, если даже пастушка может оказаться истинной парой лаэра?

Откуда именно донесся крик, Владыка уловил сразу, а после инстинкт охотника вел его вперед, словно путеводная нить. По обрывкам разговоров прохожих, которые тоже что-то слышали, он понимал, что идет в верном направлении. Но пока другие только обсуждали необходимость позвать стражу – разобраться, что случилось, он первым достиг места и замер.

Девушка, освещенная солнцем, в задумчивости смотрела на лежащий вдалеке город. Она стояла одна и молчала. Тем не менее инстинкт говорил, что перед ним виновница переполоха.