Любовь срывает маски

Кто он такой? Скандал или не скандал, а прежде чем удалиться с ним в гостиную, неплохо бы узнать имя. Разве не так?

– Да, хочу, мистер…

Вместо ожидаемого продолжения спутник крепко взял ее за локоть и повел по коридору.

– Мы уже договорились, что одно из главных достоинств маскарада заключается в том, что можно хранить инкогнито.

Он улыбнулся. На расплывчатом пятне лица сверкнули ослепительно-белые зубы. В реальности незнакомец мог выглядеть настоящим страшилищем, но сейчас он казался красавцем, и этого было достаточно. Разве он не прав? Главное очарование маскарада заключено в тайне. Джейн тоже не захотела бы назвать себя. Могло случиться, что джентльмен слышал имя Джейн Лаундз в сочетании с такими определениями, как «синий чулок» и «старая дева», – точно так же как титул «принц-регент» в сознании подданных прочно объединился с понятием «распущенность». Если незнакомец начнет настаивать, можно будет назваться мисс Банбери или мисс Уолстонкрафт. Да, точно. Именно так она представлялась на печально знаменитом осеннем празднике. Но сейчас идеальным вариантом стала бы полная анонимность.

Лорд Изумруд распахнул дверь в гостиную. В комнате царил полумрак: на каминной полке горела только одна небольшая свеча. Незнакомец оставил Джейн у входа, взял свечу, принес и закрыл дверь. Хм. Итак, сомнений не осталось: он действительно пытался с ней уединиться. А у нее совсем не было опыта. Что произойдет дальше? Придется дать пощечину? Потребовать, чтобы убрал руки? Или пригрозить, что брат вызовет его на дуэль? Да, вот это будет скандал! Пожалуй, даже слишком громкий. Разумеется, никакого брата не существовало, но ведь он-то об этом не знал. Незначительная деталь.

– Картина вот здесь, – произнес лорд Изумруд, взял за руку и увлек за собой. От прикосновения горячих пальцев Джейн вздрогнула: огонь прожигал даже сквозь перчатку. Может быть, не стоит давать пощечину. Не стоит притворяться, что у нее есть брат, который вызовет на дуэль. Может быть, лучше… поцеловать его. Это тоже скандальный поступок. Очень скандальный. От неприличной мысли где-то в потаенной глубине существа вспыхнул пожар. Джейн глубоко вздохнула и последовала за искусителем.

Остановились они перед большим портретом солидного господина в военной форме. Во всяком случае, Джейн показалось, что изображен именно солидный господин в военной форме. На некоем подобии гигантских красных плеч выделялись светлые пятна, похожие на эполеты. Картина была настолько огромной, что даже Джейн могла кое-что рассмотреть. Правда, стояла очень близко, почти вплотную.

– Вот отсюда видно гораздо лучше.

Джейн обернулась на голос и поняла, что клякса, возле которой остановился джентльмен, скорее всего, диван.