Любовь со всеми удобствами

– У меня, между прочим, – обиделась Катерина, – есть дочь, квартира и любимая работа!

– Знаем, знаем, слышали, слышали. Чего пришла?

– А мы хотим твой дом купить! – прямо с порога заявила Анюта."

"– Ага, понятно. Еще одна жертва деревенской любви. Вот, Катерина, гляди, что с тобой будет через десять лет, если ты купишь этот дом. Единственное, кого у тебя не будет, так это придурка Семена. Будешь здесь куковать одна, невостребованная, как просроченная бандероль, и подметать деревенскую околицу цветастой юбкой! От нее даже дочери сбежали родные. Бывает же такое!

– Ничего не сбежали, – угрюмо противилась Анюта, – просто они замуж повыходили за городских.

– Вот! – Карелина подняла указующий перст. – Даже они замуж повыскакивали. Видела бы ты их, Катерина, все рыжие и прыщавые. И ты такой же будешь!

– С какой это стати? – возмутилась Катерина, которая не собиралась красить волосы в рыжий цвет.

– Я тебя не отговариваю, – пожала плечами Карелина. – Дом у меня добротный. Кругом, опять же, сплошной гламур. Я тебе его даже с мебелью продам. Гляди, вот это софа времен Людовика XIII. – И она указала на старый, многое повидавший на своем веку, промятый диванчик.

– К чему ей твое старье?! – критическим взглядом оценила королевскую меблировку Анюта.

– Эх, село, – трагически простонала Карелина. – Это не старье, а антиквариат. Отдам недорого, но сама понимаешь, вполне возможно, что на нем сам король сидел! – Она уселась на диванчик и изобразила короля.

– Со своими многочисленными любовницами, – вздохнула Катерина, заметив на диване сильные помятости.

– Ах, это? – махнула рукой Любовь. – Так это ко мне подруга приезжала Анютиной комплекции. Бери, как раз под ее седалищное место промялось.

– Ты нам лучше кухню покажи, – сказала Анюта, пропуская колкость мимо ушей.

– Ну, конечно, – засмеялась Карелина, – кто куда, а Анюта к еде поближе.

– У меня, между прочим, мужик есть, которого кормить надо. Это у тебя, Любка, вследствие отсутствия мужского пола вся кухня паутиной заросла.

– Ой-ой-ой! – скривилась Любовь. – У меня теперь немецкие гарнитуры будут с конфорками и сенсорным управлением. Ну, хотите смотреть кухню? Так пошли на нее!

В этом, святом для каждой женщины месте Люба немного успокоилась и спрятала свое жало. Во многом оттого, что ей не отвечали колкостями. Она даже раздобрилась и предложила чаю с вареньем. Чайную церемонию Люба провела с немецкой щепетильностью.

– Фриц говорит, – рассказывала она, возясь с заварочным чайником, – что у него в Дрездене, город такой, где известная на весь мир картинная галерея, так вот, у него там двухэтажная квартира улучшенной планировки с окнами, выходящими на эту галерею.