Любовь со вкусом вишни

Она не видела, куда и как они идут, да и самого движения не ощущала физически, только рассматривала его во все глаза, стараясь запомнить каждую черточку лица, походку, голос. Он шел рядом, но смотрел не на дорогу, а на девушку.

– Ты красивый, а я даже фотографий твоих не видела, их просто нет, – пожаловалась она.

– Это ничего. Теперь же видишь. А ты у нас умница, да ты всегда очень умненькая была, с пеленок, – улыбался гость.

– Дедушка Олег, а ты там, ну, у вас, моих родителей и бабушек видел?

– Конечно, мы все там вместе. Ты не волнуйся, не переживай, детка, у нас все хорошо. Но об этом потом. Вам не надо ездить к Агрипине, ты правильно догадалась. У нее есть только письмо, еще одна зашифрованная инструкция, да и Агрипина станет уговаривать вас отдать все монастырю, на благое дело. – Он усмехнулся. – Она всегда такая была, ей требовалась в жизни сверхидея, сначала Сталин и лучшая в мире страна, а уж потом служение Богу. Ну вот, пришли.

И только теперь Вероника посмотрела по сторонам и с удивлением обнаружила, что они стоят в каком-то подъезде, перед железной дверью, ведущей в подвал, закрытой на внутренний замок и еще, видимо для надежности, на навесной большой амбарный замок. Дедушка Олег толкнул дверь, она открылась.

Пахнуло старыми, затхлыми вещами, гниющим луком и картошкой. Вниз вели три ступеньки. Спустившись по ним, Ника оказалась в длинном темном коридоре, по бокам которого тянулись ряды дверей сараюшек с номерами квартир на них. Ника с дедушкой прошли почти до конца коридора и остановились перед предпоследней дверью справа, но номера на ней почему-то не было. Олег опять толкнул закрытую на замок дверь, она открылась, и они вошли в небольшую, метров десять, комнатушку. Сарай был завален всяким хламом, который обычно держат на балконах или в кладовках: старые лыжи, санки, перевязанные ремнем четыре перьевые подушки, верстак, на котором стояли банки с соленьями; возле двери слева большой деревянный короб, в котором хранилась картошка, какие-то еще вещи.

Олег прошел к противоположной двери стене, отодвинул в сторону какие-то коробки, расчистил от вещей небольшое пространство и махнул Нике рукой, подзывая к себе.

– Теперь смотри и запоминай, – сказал он, указав на стену, – пятый кирпич снизу, – он отсчитал ряды, – и четвертый справа от стены.

Он нашел нужный кирпич, ничем не отличавшийся от всех остальных.

– Надо сильно надавить. Ну-ка, попробуй.

Дедушка отодвинулся в сторону, давая Веронике возможность подойти. Ника нажала на нужный кирпич, но он не поддавался. Она сделала полшага назад и уперлась в кирпич двумя руками, навалившись на него всем телом. Раздался щелчок, кирпич немного ушел в стену и вернулся в исходную позицию.