Любовь и ненависть в Ровердорме

Но раз зверя не поймали, то могут быть и новые жертвы, а ведь до Большой Охоты еще целых два дня!

Затем миссис Делавейр подтвердила, что Роган с отцом и дедом несомненно присоединятся к охоте и наконец-таки изловят этого зверя, кем бы он ни был. Медведем-шатуном или тем самым белым волком, которого постоянно видят в округе.

– Это не волк, – покачала я головой. – Он бы такого не сделал, не стал бы нападать на людей!

Но доказательств у меня не было, лишь внутреннее убеждение, что белый волк неопасен.

К тому же этим утром он снова меня сопровождал, присоединившись на выезде из «Поющей Ивы» и отстав только тогда, когда показались ворота ранчо Делавейров. Я знала, что сейчас он поджидал меня где-то неподалеку, чтобы бежать рядом весь обратный путь, будто бы хотел убедиться, что я вернусь домой в целости и сохранности."

"Но теперь получалось, что ему грозила опасность – если уж герцог Кавингтон поднимал на Большую Охоту весь Ровердорм!

Попрощавшись с Молли Делавейр, я поехала в «Поющую Иву». И да, белый волк, не особо скрываясь, бежал рядом со мной всю дорогу до имения, порядком пугая лошадь. Наконец, оставив Мерлина под присмотром Донахью, я направилась к дому и.… стала невольной свидетельницей оживления на крыльце.

Оказалось, столичные уже поднялись, хотя было только около девяти часов утра, и я услышала разговор на повышенных тонах. Мне нисколько не хотелось знать его подробности, но Азалия Уилсон спорила со своим сыном так громко, что эти самые подробности долетели до моих ушей.

Оказалось, Лоуренс с утра пораньше покидал «Поющую Иву», заявив попытавшейся остановить его матери, что ему наплевать на визит в дом герцога, потому что у него есть дела и поважнее.

Это порядком возмутило Азалию Уилсон. Она попыталась запретить сыну уезжать, но Лоуренс сказал, что он все равно отправится в Ровердорм – ему нужно было встретиться с местным доктором как можно скорее. А если тот не поможет, то он тотчас же поскачет в Ольсен.

– Что у тебя случилось, Лоуренс? – растерянно спросила Азалия Уилсон. – Ты не выглядишь больным. У тебя нет лихорадки, и на аппетит ты не жаловался. Тогда что не так?

– Я серьезно болен, – глухо отозвался Лоуренс, но не стал посвящать мать в подробности.

– Неужели визит к доктору не может подождать хотя бы пару часов? – продолжала настаивать та. – Приглашение в «Кипарис» – это отличный шанс попросить за тебя у герцога Кавингтона… Разве ты забыл, Лоуренс, насколько сильно мы надеемся на его помощь в твоем вопросе и насколько быстро мы должны разрешить твои проблемы?

Но Лоуренс был непоколебим в своем намерении немедленно увидеться с доктором Гереном, послав герцога Кавингтона с его приглашением и «Кипарисом» куда подальше.