Любовь и ненависть в Ровердорме

Отозвал свою собаку, здоровенного черного и лохматого пса, приказав остальным охотникам немедленно сделать то же самое.

Я тоже погасила магические вихри и уставилась на него во все глаза. Тайлор Бартон в черной одежде верхом на огромном жеребце казался мне демоном-мстителем, который пришел за мной и моим волком.

Он смотрел на меня жадным взглядом, и я все же отвела глаза в сторону.

Узнала я и его спутника – судя по всему, того самого Люка Пирсона, которого я заметила у Тейтеров и о котором спорили в гостиной этим утром Кейт с Лоуренсом. Затем увидела нескольких местных лордов – пара из них держали в руках пистоли, словно немедленно собирались изрешетить пулями моего волка.

К тому же мне показалось, что между всадников промелькнуло и синее платье Кейт.

Остальные были мне незнакомы."

"Герцог Кавингтон продолжал меня разглядывать, и это порядком нервировало. Он смотрел на меня сверху вниз, и его взгляд показался мне настолько пронзительным, что я почувствовала, как к щекам начала приливать кровь.

Но я не собиралась больше от него убегать, хотя наша встреча и означала, что договор с тетей я все-таки нарушила, пусть и не по своей воле.

Это не меняло сути дела – моего волка они не получат!

– Что вам здесь нужно?! – холодно поинтересовалась я у охотников, обращаясь ко всем сразу и старательно избегая взгляда Тайлора Бартона. – Это мой дом и моя земля, так что вы не имеете права здесь находиться! Если вам вздумалось охотиться – охотьтесь, Боги в помощь! Но вашей добычи в «Поющей Иве» нет.

Ответа не последовало – все смотрели на герцога, ожидая его решения, а тот смотрел на меня. Спрыгнул с лошади – мягко, по-кошачьи – и я поняла, что тетино лечение пошло ему на пользу.

Рана его больше не беспокоила, он даже не поморщился.

– Мира? – спросил Тайлор Бартон, и от его голоса по моему телу пробежали мурашки. – Леди Мира Уилсон?

Я не стала отпираться.

– Да, меня зовут Мира Уилсон. Но что вы делаете на территории «Поющей Ивы», милорд? – на этот раз я собралась с силами и спокойно выдержала его взгляд.

– Все, тебе уже не отвертеться! – раздался голос Лоуренса.

Кузен верхом на своем жеребце въехал на пятачок перед конюшней. Судя по всему, немного отстал от кавалькады, но теперь явился… во всей своей красе!

– Я же говорил, что не сошел с ума! – спешившись, заявил Лоуренс. – Она прячет и коня, и белого волка, поэтому-то прибежала сюда, чтобы их защитить, а теперь стоит на нашем пути! Пытается не пустить нас на конюшню, но мы все равно прикончим эту тварь!

Мне почему-то показалось, что речь шла обо мне. Лоуренс назвал «тварью» меня, но я ни в чем не была уверена.

– Прошу вас, милорд! – в полнейшем отчаянии обратилась я к герцогу, потому что кузен направился к конюшне.