Призрачная любовь (ЛП)

Хотел посмотреть, сможешь ли ты понять шутку. О девушке многое можно сказать по тому, как она реагирует на это дерьмо.

Колтон: В твоем профиле указано, что тебе 22. Полагаю, это означает, что твой учишься в колледже? Может быть, выпускница?

Я усмехаюсь, читая его сообщение, качая головой из-за вопиющего неправильного использования слов «ты» и «твой» снова, но теперь я действительно не знаю, издевается ли он надо мной на самом деле, или пытается притвориться, что это так. В любом случае, это не очень-то заводит. Но, может, я слишком категорична.

Аспен: Верно. Через несколько месяцев я получу диплом журналиста.

Колтон: Звучит круто. Я на полпути к получению степени по бизнесу. Неделя выдалась тяжелой. Мне бы не помешало взбодриться. Что скажешь, если мы встретимся и выпустим пар?

Аспен: Что ты имеешь в виду?

Колтон: Решай сама. Мы можем встретиться где-нибудь, перекусить или просто поехать к тебе. Как тебе будет угодно.

По правде говоря, меня не особо устраивает этот парень, но это не отменяет того факта, что он симпатичный, и мне интересно узнать, способна ли я на физическую близость с кем-то, кто не является безликим мужчиной в темной комнате. Назовем это экспериментом.

Ухмылка расплывается по моему лицу, когда я представляю, что бы сказала Бекс на все это. Она бы устроила мне дикую вечеринку и, возможно, предложила бы наклеить на мою вагину стразы на удачу.

Аспен: Я в деле. Завтрашний вечер тебя устроит? Мне очень хочется хорошего шашлыка. Давно его не ела."

"Колтон: Завтра будет идеально. Я знаю местечко примерно в десяти минутах от университета. Я могу заехать и забрать тебя.

Аспен: Идеально!

Я даю Колтону свой адрес, и не успеваю оглянуться, как уже выпиваю бокал вина и устраиваюсь на диване, готовая к ночи, наполненной «Анатомией страсти». И, желая сразу перейти к драме, я пролистываю до двойного эпизода в конце шестого сезона, чтобы посмотреть, как в ДоктораМечту стреляют.

Я уже просмотрела пол эпизода, когда на мой телефон приходит еще одно сообщение. Я ныряю за ним, ощупывая подушки, не в силах оторвать взгляд от экрана, и только когда я поднимаю телефон и вижу имя Айзека, внезапно наблюдение за тем, как Мередит требует, чтобы ее застрелили, не кажется таким уж важным.

Все мое внимание переключается на телефон, и я откидываюсь на спинку дивана, прижимаясь к подушке, слишком напуганная, чтобы открыть сообщение. Я не знаю, что ему может быть нужно. У него никогда не было привычки писать мне… кроме той ночи. Думаю, это были первые сообщения, которое я получила от него за год. В любом случае, субботние сообщения были далеки от того, что я получала от него раньше. Обычно они звучат так, будто Остину что-то нужно или Остину что-то интересно.