Призрачная любовь (ЛП)

Айзек сильно кончает, выбрасывая горячие струи спермы в мое горло, и я, ни секунды не колеблясь, проглатываю ее, вбирая в себя все до последней капли.

Только этот момент испорчен моей гребаной потребностью любить его. Зачем мне нужно было идти на это? Я сама все испортила. Это всего лишь небольшой зрительный контакт. Почему я придаю ему такое значение? Это же пустяк. Не то чтобы я никогда раньше не смотрела парню в глаза. Хотя, полагаю, я никогда не делала этого, когда его член был на полпути по моему пищеводу. Это дерьмо обычно меняет дело.

Айзек кончает, и когда из него вытекает все до последней капли, я отстраняюсь, ослабляя хватку вокруг его члена и опускаясь на пол, пытаясь отдышаться. У меня болит челюсть от того, что я вот так принимаю его, но это долгожданная боль, которую я бы терпела каждый день, если бы могла.

Айзек протягивает мне руку, и я осторожно беру ее, прежде чем позволить ему поднять меня на ноги, а он поддерживает меня, положив руку мне на талию.

— Ты в порядке? — спрашивает он, и в его темных глазах мелькает лишь намек на беспокойство.

Я вздрагиваю.

— Я должна вытащить эти чертовы шарики.

Его глаза чуть расширяются.

— Вот черт. Я слишком увлекся тем, как приятно было чувствовать, как твои губы обхватывают мой член, и забыл выключить их.

— Ни хрена себе, — говорю я, каждое малейшее движение заставляет меня быть на грани, и он, наконец, прекращает вибрацию, а затем без предупреждения подходит еще ближе, притягивая мое тело прямо к своему. Его пальцы скользят вниз по моему боку, оставляя дорожку из мурашек, прежде чем достичь вершины моих бедер.

— Вдохни, — инструктирует он."

"Я делаю, как меня просят, и когда он предлагает мне выдохнуть, он медленно вытаскивает шарики. В тот момент, когда они выходят, я слабею, и падаю в его сильные руки.

Айзек поддерживает меня, а его сильная рука рисует успокаивающие круги на моей спине.

— Пойдем, — говорит он, ведя меня через комнату. — Ты слишком взвинчена. Тебе нужно расслабиться.

Он подводит меня к дивану рядом с большим пуфиком, на котором я сидела, когда узнала его маленький секрет, и, когда он садится, тянет меня на себя, а мои колени оказываются по обе стороны от его сильных бедер.

— Ты в порядке, Аспен? — снова спрашивает он, и я не могу не задаться вопросом, смог ли он почувствовать перемену во мне раньше, но, когда он притягивает меня к себе и его теплый рот смыкается на моем соске, все мысли улетучиваются из моей головы.

— Лучше, чем в порядке, — стону я, хватаясь за его сильное плечо и чувствуя его твердость у себя между ног, но он не совершает попыток погрузиться глубоко в меня.