Любовь без права выбора

– Подожди! – Я зажмурилась и отчаянно затрясла головой, силясь связать все эти факты в единую картину.

Огненная лихорадка Дирка, приведшая меня к дверям Гарольда. Найра, якобы отправившаяся отдыхать, но при этом следившая за моими передвижениями. Порезы Дирка, вновь едва не приведшие его к смерти. Мой брат клялся, будто в них виновата опять-таки Найра. Уверения Абальда в том, что тому созданию в кабинете некроманта якобы была нужна от меня отнюдь не душа и не сделка.

– Гарольд сказал, что как маг почти на нуле сейчас, – тихо проговорила я. – И ему понадобится много времени, чтобы восстановиться.

Абальд молча смотрел на меня, видимо, ожидая, что я скажу дальше.

– Выходит, все это, – я неопределенно взмахнула рукой, – было затеяно специально, чтобы…

Я испуганно замолчала. Как там Абальд сказал? Если отродье бога-пасынка заполучит в свои жадные лапы некроманта, то плохо придется всем жителям Хельона.

– Увы, но я тоже пришел к этому выводу. – Абальд серьезно кивнул. – И еще мне очень не понравились слова Дирка о том, что Найра упоминала имя Кеймона.

Я затаила дыхание. Неужели у целителя тоже есть зуб на племянника королевского наместника? Если так, то, возможно, в его лице я обрету столь нужного мне союзника.

Но Абальд на таком важном моменте вдруг замолчал и жадно посмотрел на мою тарелку.

– Если ты больше не хочешь, то я бы с огромным удовольствием доел за тобой, – внезапно проговорил он и слабо усмехнулся. – Говоря откровенно, Чада готовит так себе. Ее неизменный суп мне уже поперек горла стоит.

Я пожала плечами и кивнула, по-прежнему не испытывая аппетита. Абальд тут же вскочил на ноги и забрал у меня тарелку.

Еще несколько минут в гостиной было тихо. Целитель чуть ли не урчал от удовольствия, расправляясь с моей порцией. Дирк все чаще клевал носом, видимо, из последних сил борясь с дремой, и я обеспокоенно на него поглядывала. Наверняка мой брат еще испытывает сильную слабость. Не успел оправиться от огненной лихорадки, как опять едва не погиб."

"– И что будет дальше?

Мой вопрос, обращенный к Абальду, гулким эхом повис в комнате. Я даже не ожидала, что он прозвучит с такой горькой обреченностью.

Абальд едва не подавился. С укоризной посмотрел на меня, словно досадуя, что я отвлекаю его от трапезы. Вздохнул и сделал еще один долгий глоток из бутылки с вином.

– Если честно, будь моя воля, то я бы ничего не предпринимал, – проговорил он наконец, промокнув себе губы рукавом рубашки и не обращая внимания, что оставляет на тонком дорогом шелке винные разводы. – Сидел бы себе и дальше под защитой стен и крыши, встречал бы пару раз в неделю Чаду и привычно давился бы ее супом. Даже более того, я готов тебе и твоему брату предложить кров и еду.

Я вскинулась было спросить, на каких условиях.