Любовь под напряжением

И старая плетеная корзина по сравнению с ней кажется такой огромной… Как сейчас помню тот день! Мы остановились возле небольшого пруда. От железнодорожной станции всего полтора километра. Рядом дом отдыха, еще с советских времен… И деревья вокруг! Много деревьев! Осины, сосны… Запах какой! Голова кругом…

Здесь Лера катается на спине у папы… В то же утро. Помню, как после она носилась по влажной от росы траве, а потом подбежала ко мне… В волосах запутались седые нити паутинки… Я в тот момент плела венок из одуванчиков, а она со смехом залезла ко мне на руки. До сих пор помню ее маленькие горячие ладошки на своей шее… Любимая Лера.

Да, на самом деле, это было так давно, а мне все кажется, что только вчера…

* * *Избежать скандала не удалось. Как только я распахнула дверь, в нос мне ударил запах хлорки. Из ванной доносился сердитый плеск воды. Как мама успела добраться до дома быстрее меня? Еще и уборку с порога затеять… Разве что сообщение «Скоро буду» она написала мне непосредственно перед тем, как вставить ключ в замочную скважину.

Я осторожно прокралась мимо ванной на кухню. Плита была до блеска отмыта. Видимо, после кухни мама решила переключиться на сантехнику. Родительница не терпит дома беспорядка, именно поэтому у нас всегда все разложено по полочкам. Выглаженные простыни, полотенца, носки, футболки и кофточки по цветам. В общем, рай для перфекциониста.

Заглянула в ванную. Мама в ярких желтых перчатках отмывала и без того белоснежную раковину.

– Привет, – негромко произнесла я, прислонившись к дверному косяку.

Мама даже не обернулась. Мне осталось лишь тяжело вздохнуть…

– Я очень хотела убрать убежавший кофе, но мне позвонила Валя… У нее там проблемы. Гм, с новой квартирой… Ты ведь помнишь, что она решила переехать? Вчера об этом с тобой говорили.

Мама принялась шоркать раковину еще яростнее. Я топталась на месте, не зная, что еще сказать в свое оправдание.

– Мам! Я, честное слово, вчера не пила… То есть много не пила. Мам, веришь? Со стороны все это, правда, чем-то странным кажется… И почему тетя Юля не спит так поздно? Может, ей снотворное какое прописать?

Лишь щеткой нервно о раковину: «Ш! Ш! Ш! Ш!»

– Ну, разумеется, ты мне не веришь! – воскликнула я.

Мама наконец развернулась и внимательно посмотрела мне в глаза. И в них было столько отчаянья, что на секунду мне хотелось в панике вскрикнуть. Она мне не верит!

– Верю, Лера. Я всегда тебе верю. С рукой что?

– Порезалась утром…

Мама снова отвернулась. Склонила голову, устало оперлась ладонями о край раковины, свела лопатки… Я молча разглядывала мамины острые худые плечи, тонкие бретельки на ее майке… Воображаемые вертолеты снова возникли неожиданно и затарахтели над головой.

– Верю я тебе, верю.