Любовь под напряжением

Если бы на крыше все закончилось трагедией, что бы я оставила после себя маме? Грубые слова, обидные реплики, игнор, бардак в комнате… Сколько раз я, рассердившись, захлопывала дверь перед ее носом? Нет, люди не меняются, но вот отношение к чему-то или кому-то изменить можно.

Я присела на подлокотник, а затем провалилась в широкое кресло, расположившись рядом с мамой. Она такая худенькая, хрупкая… Осмелившись, я обняла спящую маму за шею. Родительница что-то промычала в ответ. Тогда я осторожно подняла голову и принялась рассматривать мамино лицо. Как давно я не видела ее так близко… И так близко рядом с ней не была. Тень от ресниц падала на мамины бледные щеки, которые из-за слабого освещения казались совсем впалыми. А что это за незнакомая мне сеточка морщин у маминых глаз?

Мой взгляд остановился на серьгах – хрустальные капельки, которые достались от матери. Не раз я слышала, что эти сережки – наша семейная реликвия. И я обязательно должна буду передать их своим детям. Знаю, что хрустальные капельки дороги маме, ведь это единственное, что осталось от моей бабушки, которой так рано не стало…

Молодую женщину сильно подкосил уход мужа из семьи. На нервной почве она стала много болеть, а едва ей исполнилось тридцать, скоропостижно скончалась от пневмонии. Моя мама так и не простила своего отца. Хотя он, кажется, с ней и встреч особо не искал. И если бы не тетя Тома, взявшаяся за ее воспитание, не знаю, как сложилась бы мамина судьба.

Когда мои родители решили развестись, мама и слышать не желала о том, чтобы мы с папой общались. Растоптанная его предательством, она была против нашей дружбы, считая, что история циклична… Только вот папе было на меня не плевать. Несмотря на постановление суда, мама нехотя отдавала меня отцу. Иногда в назначенные дни мы с ней и вовсе нарочно уезжали из города. В моем присутствии мама, не сдерживаясь, с обидой и пренебрежением отзывалась о моем отце. Мне тоже было обидно, что он больше с нами не живет, но еще больше я оскорблялась за папу. Странно в той ситуации принимать его сторону, но я ее приняла. Мне казались несправедливыми все обвинения мамы. Она называла папу безответственным, легкомысленным, бездумным. А еще замечала, что теперь ему на нас совсем плевать. Но это было неправдой. До развода я больше времени проводила с папой, все самые безумные развлечения организовывал мне именно он. Мама же чаще выступала в роли «плохого полицейского». После того как родители разъехались, я больше всего на свете ждала встреч с отцом, зная, что эти дни пройдут беззаботно и весело. А с обиженной и вечно депрессующей мамой было тяжело. Встречаясь, родители все время ссорились, что меня тоже расстраивало.