Любовь по расчёту

— Я совсем не это имела в виду, — пробормотала она, наблюдая за тем, как Баллард небрежно перебрасывает ее труды на маленький столик, стоящий у кровати.

— Для мужчины такие вещи значат очень многое.

Он прижал Кловер к себе и, скользнув под ночную рубашку, обхватил сильными ладонями ее ягодицы.

— Баллард, но ведь сейчас утро, — прошептала она в шоке.

— Ах ты, умница моя. — Он тихо рассмеялся и поцеловал ее в шею.

— Баллард, я тебя сейчас отшлепаю.

— Попозже, сладкая. Ах, милая, в тебе прекрасно уживаются настоящая леди и распутница. Вот ты краснеешь и выглядишь совершенно невинной. Но ведь я точно знаю, что если я сделаю вот так, — он ласково погладил ее попку и прижал ее бедра к своему телу, — твоя кровь станет горячей, быстрее побежит по жилам, и ты ответишь на мою страсть со всем пылом, о котором только может мечтать мужчина.

Кловер почувствовала, что еще больше покраснела. Она хотела было возмутиться его бесстыдством, но в этот момент он провел своей большой шершавой рукой по ее бедрам и обхватил ее груди. Он целовал ее все крепче, нежнее, и желание возмущаться у Кловер совсем пропало.

Потягиваясь с истинно мужским удовлетворением, Баллард во второй раз поднялся с постели. Усилием воли вырвав себя из мягчайшего облака сладкой истомы, Кловер выдернула из-под простыни руку и шлепнула мужа по упругим ягодицам. Баллард вскрикнул — больше от удивления, чем от боли, и с нескрываемым любопытством посмотрел на свою юную жену. Та, с хитрецой взглянув на мужа, мило улыбнулась:

— Я же обещала, что отшлепаю тебя.

Сдержав улыбку, он натянул белье и с деланной суровостью посмотрел на Кловер.

— Если бы мне не нужно было заниматься делами, ты бы заплатила за эту дерзость, малышка. — Продолжая одеваться, он спросил: — Надеюсь, ты не планируешь продать эти перины?

Кловер сдержала улыбку и покачала головой. Баллард, Шелтон и Ламберт с самого начала проявляли повышенный интерес к постельным принадлежностям. Перина и подушки, прекрасные льняные простыни и теплые покрывала являлись огромной роскошью, и они готовы были потратиться, но увезти все это добро в Кентукки. Баллард был решительно настроен забрать все до последней подушки, заявив, что постельного белья и перин много не бывает. Такое отношение к постельным принадлежностям резко контрастировало с тщательным отбором остального багажа, предназначенного для отправки в Кентукки."

"Как только Баллард вышел из комнаты, Кловер поспешила одеться. Ее мысли были сосредоточены на том, что ее муж позволил ей взять с собой в Кентукки. У него было четкое представление о том, что вещи нужно отбирать по принципу полезности и необходимости.