Любовь нечаянно нагрянет

— Киллиан, голова болит, — прошептала я

— Потерпи, сейчас выйдем Раф тебя полечит, — ответил кошак, прижимая свои губы к моим волосам

Я закрыла глаза и выдохнула, сейчас меня подлечат, буквально через пару секунду, почувствовала тепло и в меня полилась магия жизни, но я не чувствовала улучшения. Голова все так же болела, как и тело.

— Что-то не так, — хмурил брови Рафаэль, усиливая поток, — Милая ты же хочешь вылечится? Почему блокируешь магию? — Раф ласково погладил по лицу, убирая волосы назад

— Хочу и не блокирую я ничего, — просипела я, жмурясь от яркого солнца.

— Перенеси её в лекарское крыло, попробуем дома, — скомандовал Раф

Мы с Киллианом покрылись дымкой, я перестала чувствовать удерживающие меня руки и полетела вниз. Не успела испугаться, меня поймал Рафаэль. Через секунду появился Киллиан.

— Я переместился без Гаины, ты не ушиблась? — спросил кошак

— Раф поймал, — улыбнулась я, — что происходит?

— Твоя антимагия блокирует любые манипуляции, связанные с магией. Ты не можешь принять целебную помощь и не можешь переместится с другим существом, — ответил любимый муж

Пока мужчины думали, что да как, я решила оглядеться. Мы были в лесу, возле пещеры, оттуда собственно и выносили несколько тел в некоторых из них я узнала своих однокурсников. Родерика Томаса и Матиаса, вот ведь гады

— Надо их спросить, что они со мной сделали, — прошипела я, морщась от боли в голове. — Таблеточка хоть есть? Сдохну от мигрени, — я уткнулась в плечо Рафаэля и застонала

— Потерпи маленькая сейчас допросим, — Раф нежно гладил меня, разминая плечи и руки

Наконец мужчины закончили выносить тела из пещеры. Я насчитала 12 нелюдей и все они были в отключке. Ко мне подошли рабы-мужья, спрашивали, что я тут все ещё делаю, срочно унести, спрятать, подлечить и дать вкусняху. Получили ответы и задумались. Тем временем я уже была на руках у Оскара. Мой высокомерный хорек каждую минуту прижимал к себе сильнее, будто сам не верил, что я все еще на руках, я издавала писк умирающей мыши и он разжимал свои тиски, извиняясь.

— А можно меня уже на ноги поставить, — попросила я, так как постоянно пищать надоело

В доступе отказали и ещё раз сжали, услышали писк, расслабились. Я запыхтела, вяло так подвигала конечностями, меня просто передали в руки Барта. Он не сжимал в тисках. Сел со мной на пенек и дышал в мои вонючие волосы.

— Голове болит, — опять ныла я

Барт запустил свои длинные пальцы мне в волосы и стал массировать кожу головы и виски. Стало полегче. Я кажется даже задремала.

— Что ты с ней сделал?! — услышала я властный голос Оскара и задрожала. Мне захотелось пасть перед ним на колени и молить о пощаде. Тот, к кому обращался Оскар так и сделал упал и завыл, — Отвечай!

Оскар отпихнул мужчину ногой и сжав шею поднял.