Любовь не ждет

И она определенно не собирается выходить замуж за Хантера, даже если он сможет простить ее обман. Собственно, она надеялась, что не простит. Будет намного легче уехать отсюда, если не придется общаться с ним.

Сэм открыл дверь комнаты и, пропустив Тиффани вперед, последовал за ней внутрь."

"— Я здесь ни при чем, — сказал он. — Мы с Роем ничего не говорили па, хотя Рой хотел. Спорил со мной как безумный. Пришлось даже врезать ему, чтобы согласился молчать. Но, думаю, я бы и сам долго не продержался. Вина съедала меня живьем. Это просто неправильно, Тиффани. Ты должна быть здесь, с нами.

— А теперь все злятся, — уныло отозвалась она.

— Па точно. Видела бы ты его сегодня утром, — согласился он. — Мы выехали с ранчо, когда Герб, один из работников, набрался смелости и пересказал ему сплетни, которые слышал в городе. Тебя несколько раз видели с Каллаханами. Людям только дай повод посплетничать, особенно о вновь прибывших. Никто, конечно, не догадался, кто ты такая. Все думали, что ты экономка, которую переманила другая семья. Думаю, па больше всего рассердило, что Закери не сказал об этой проделке, хотя у него была такая возможность. А вот Хантер выглядел скорее обиженным, пока до него не дошло, что ты шпионила за ними, тогда он тоже разозлился. Вполне понятно, учитывая, как ты проникла в их дом. Оно того стоило?

Тиффани оцепенела, охваченная чувством вины. Что она натворила! Каллаханы и раньше были невысокого мнения о ней, а теперь? Нетрудно представить, что они о ней думают.

— Вообще то да, — сказала она, отвечая на его вопрос. — Они ничем не отличаются от вас. Довольно приятные люди, когда узнаешь их получше. Но из за старой вражды ни одна из сторон не имеет такой возможности. Поэтому они испытывают те же чувства, что и вы. Хантер даже признался, что не уверен, что перестанет ненавидеть меня, если мы поженимся.

— Ты хочешь сказать, что он ненавидит невесту, которую даже не встречал?

Тиффани вспыхнула.

— Нет, но он сказал, что, независимо от того, что он чувствует к ней… ко мне, ненависть всегда будет стоять между нами, потому что он жил с этой ненавистью всю жизнь.

Сэм ненадолго задумался.

— Мне никогда не нравился Хантер, потому что он Каллахан, но я уважаю его. Он никогда не связывался со мной или братьями, хотя мог бы. Он был намного старше и крупнее, чем любой из нас. А вот Джон, похоже, сердит на весь мир и в детстве был таким же. Он приставал к нам по любому поводу, надеясь затеять драку. Но один из братьев всегда останавливал его. Чаще всего Хантер. Думаю, родители велели им оставить нас в покое — в связи с перемирием.

— Ничего себе перемирие, — пробормотала Тиффани, — когда обе стороны только и думают, как бы насолить друг другу.

Сэм ухмыльнулся, ничуть не обескураженный.