Любовь не продаётся

Спустя минут сорок к участку подъехала шикарная иномарка, и я, затушив сигарету, отбросил окурок в сторону.

— Здравствуй, Виктор Петрович, — я подошел к мужчине преклонного возраста с проседью в волосах и дежурно улыбнулся, протягивая руку.

— Здравствуй, Артем, — он крепко пожал мне руку в ответ. — Ну, рассказывай, что там произошло? — с налетом профессионализма отозвался мужчина.

— Да, сам еще не в курсе. Надеюсь, вы прольете свет на эту ситуацию и в случае надобности станете адвокатом Евгении?

— Хорошо, — жди меня здесь. — Пойду, узнаю, что там и вернусь.

Я кивнул в ответ, провожая мужчину усталым взглядом.

Время тянулось медленно, будто кто-то держал стрелки часов или запустил их в обратную сторону. Я сидел в салоне автомобиля и смотрел в одну точку, размышляя обо всем уже наверно в сотый раз. В голове не укладывалось, что такое могло произойти, вот так, по-настоящему и считай у меня под носом. А главное — Лера, зараза, ерничала и говорила о каких-то деньгах, которые Женя у нее украла. Снова и снова я воспроизводил в памяти весь вечер и слова Леры в мельчайших подробностях и лишь сильнее утверждался в том, что Женю кто-то подставил из близкого мне окружения. Но кто это был и кому понадобилось? Весте? Но та и знать не знала о ней. Арчи? Он все время оставался в поле моего зрения за исключением той заминки в приватной комнате с Вестой. Лера? Ну, в это верилось больше остального, но никогда я за ней не замечал подобных подлых поступков. И с чего бы ей подбрасывать Жене в сумку деньги? А наркотики?

Ближе к рассвету я понял, что моя голова взорвется от всех мыслей, что ее посетили за эту нескончаемо долгую ночь. А когда из здания показалась фигура Виктора Петровича, я едва ли не испытал эйфорию, что сейчас узнаю наконец что там случилось на самом деле. Ведь не мог же он столько времени провести в стенах участка и не увидеться с Женей?!

— Ну что там? — я подлетел к мужчине со скоростью света.

— Плохи дела, Артем, — цокнул Виктор Петрович, а у меня сердце ухнуло куда-то вниз, и я разочаровано опустил руки. — Двести двадцать восьмую статью вешают, пока, правда, первая часть. Сбыт наркотиков. Благо Евгении вашей хватило смекалки не подписывать никакие бумаги.

— Все-таки наркотики?! — недоумевал я.

— Да, дорогой мой. Наркотики. Изъяли тысячу долларов и несколько грамм порошка.

— Это подстава! — я едва сдерживался, чтобы не вернуться в участок.

Но что бы я делал? Кричал на каждом углу, что Женя этого не слвершала?

— А что Женя? Вы ее видели? — мужчина сдержанно кивнул.

— Держится. Отрицает вину и не подписывает никаких документов. Бойкая девушка! Молодец! Но пока все обстоятельства против нее. Охранник, что передавал Женю полиции, описал молодого человека, который указал на Евгению.