Любовь не продаётся

— Ты вся дрожишь, — заметил Артем, прижимая меня к себе.

Я отвернулась к стене, позволяя ему полностью вытянуться и прилечь рядом. Он обнял меня, обхватил за живот и привлек к себе. Его теплое дыхание коснулось затылка, и я почувствовала, как он зарылся носом в мои волосы.

— Ты замёрзла? Тебе снова нехорошо? — спросил он, а я ощущала каждый изгиб его тела и дрожала, да, но совсем не от холода. А от его присутствия и даже лёгкие прикосновения начисто лишали меня последних здравых мыслей.

— Нет, все хорошо, — Артём обнял меня рукой и расслабился, размерено и глубоко дышал.

И уняв несдержанный поток мыслей, я тоже успокоилась и расслабилась. Мы лежали в полной тишине и дышали в такт. Я представляла завтрашний полет и нашу совместную жизнь, как скажу Мише, что уезжаю, вспоминала о том, что буквально месяц назад видела все в беспросветном ключе, а сейчас не представляла как бы повернулась моя жизнь не встреть я Артема. А если бы не его порыв встретиться перед отлетом? Я вновь благодарила судьбу, что давала мне такую исключительно возможность быть счастливой и, закрыв глаза под гнетом всех этих скачкообразных мыслей и тяжелых раздумий, местами таких приятных, я провалилась в сон.

41 глава. Евгения

Никогда не любила прощаться. И никогда этого не делала. Если обстоятельства складывались подобным образом, что я была вынуждена сказать, человеку «Прощай» или «До скорого», я просто уходила молча. С этими словами у меня всегда ассоциировался уход отца из семьи. Нет, он не говорил на прощание никаких слов, но я хорошо помнила тот день и слезы матери. И как наша жизнь резко разделилась на до и после.

Почему именно сейчас думала о том дне, сидя в салоне самолета, не знаю, но на душе сохранился густой осадок от тех горько прожитых годах без него. В глубине души я ощущала себя предательницей, покидая стены дома и Мишу. Сравнивала свой поступок с отцовским. И, тем не менее, прекрасно отдавала себе отчет, что плохие мысли вскоре отпустят меня, а новые переживания, знакомства, работа и светлое будущее вытеснят весь этот непосильный груз, что я постоянно носила с собой. Этот балласт давно необходимо было сбросить, а не зацикливаться на том, что я была кому-то и что-то должна. Вот только с появлением Артема и вспыхнувших чувств к этому человеку от былой уверенности не осталось и следа. Словно я заново родилась и делала в этом мире первые шаги.

Перелет прошел в неоднозначных чувствах. Нет, я не боялась панически высоты. Да, и летать тоже мне показалось совсем не страшной вещью.