Любовь нечаянно нагрянет

Мы не хуже детей, ловили каждое его слово, не забывая уплетать за обе щеки мороженное.

— Слушайте, — внезапно осенило Маришку, — А почему бы вам не взять Ритку к себе на работу?

— Отличная идея, — с энтузиазмом откликнулся Шурик, — У меня Катька зашивается на двух должностях. Не хочешь ей в помощницы?

— Э-э-э, — растерялась я, переводя испуганный взгляд с Маринки на Громова, — Не очень как-то.

— Почему? — удивленно и даже как-то обиженно вскинул брови Шурик.

— У меня есть работа и учеба. Плюс твои обеды с завтраками. Баб Рая еще не выписалась — полы в вашем офисе никто не отменял. Шурик, я не бессмертный пони. В сутках всего 24 часа.

— Так давай ты уволишься с мойки, — тут же нашелся мужчина, — Я буду тебе платить в два раза больше, чем ваш Гарик.

— Давай лучше ты останешься без завтраков и спишешь мне долг, — не удержалась от шпильке.

— Э, нет, рыжуль. Без твоих завтраков я с голоду помру, — он выразительно похлопал себя по животу, — К тому же мысль, что ты мне должна и никуда не денешься крайне привлекательна.

Шурик выглядел очень довольным собой, что я не удержалась и прыснула от смеха:

— Прости, но Маришку бросить одну не смогу. Возьми лучше ее. Поверь, этот кадр будет более ценным.

Подруга чуть не поперхнулась молочным коктейлем.

— Я? В офис? Нет уж увольте! Я же тупая, как пробка.

— Ты себя недооцениваешь, — заметила я.

— Ты себя тоже, — вернул мне фразу Громов, загадочно поглядывая.

Уже позже в туалете стоя у зеркала Маришку посетила страшная догадка:

— Только не говори, что твой Шурик и есть тот страшный тип.

— Какой тип? — не врубилась я.

— Тот козел, что в воровстве тебя обвинял!

— Он самый, — подтвердила я, споласкивая руки в теплой воде.

Подруга внимательно как-то оглядела меня с ног до головы и протянула:

— Да, дела-а-а. То-то я смотрю больно рожа знакомая. Ты смотри с ним поаккуратнее. Они все поначалу такие лапочки, а потом прет их парнокопытная сущность. И Шурик твой не божий одуванчик. Взрослый, умный, опытный мужик. Ты рядом с ним, как котенок с тигром.

Слова больно царапнули. Надеюсь, Марина не завидует мне. А то было бы совсем неприятно.

— Я услышала тебя, — довольно прохладно произнесла я.

— Ну, смотри, подруга, — покачала головой Маришка и следом за мной пошла на выход.

По дороге домой дети устали и уснули, разговоры сошли на нет, а Громов все больше хмурился и как-то странно на меня поглядывал, вызывая дискомфорт во всем теле.

— Что? — шепотом спросила я, снова перехватывая его нечитаемое послание.

— Ничего, — бурчит и внимательно смотрит на дорогу.

Но я-то вижу, что ненормально. Лоб в морщинках, двумя руками за руль.

Не стала допытываться. Потом расскажет. Насколько я уже успела изучить Громова — он может довольно долго носить проблему в себе, а потом все же не выдержит и расколется.