Любовь на сладкое

— Я очень рада тебя снова видеть, Люба! — Разумная Скалкина все же умудряется сделать единственно правильный выбор.

Так! Стоп! Что значит «еще как»?! Дудкин?

— Привет всем, кто меня еще не знает. Неужели есть такие? Разрешите представиться: Альберт! А у вас тут своя компашка веселая, да? Я с вами. Куда идти-то?

— Ярослав! — Холодов протягивает руку. — Любопытно. Так вы хорошо знакомы с Любовью?

— Да!

— Нет! — почти кричит Люба.

Ее громкое «нет!» заставляет меня еще больше напрячься. Да что, черт возьми, происходит?

— Мы потом подойдем! — бросаю в сторону. Пусть сам дорогу ищет, он явно не пропадет.

— Люб… — Отвожу девушку на несколько шагов в сторону. — Скажи, что не так?

На щеках нежный алый румянец, вижу, как на ее шее быстро-быстро бьется голубая жилка.

— Ничего, нормально, — тихо говорит. Но в глаза мне не смотрит. — Просто…

Она замолкает, провожает тревожным взглядом Альберта, который увязался за Холодовым и Тамарой. Внутри что-то нехорошее шевельнулось. Может, Дудкин не такой уж безобидный самодовольный болван, как мне показалось?

— Я хотел провести этот день вместе с тобой. Это отличный клуб, и я подумал, что… Слушай, я пригласил Альберта, мы работаем вместе, он всего пару недель как в городе, очень просил помочь. Если бы я знал, что ты… вы…

— Нет, ты что! Ничего такого! Да лучше ни с кем, чем… он же клинический придурок. Я его один раз всего видела. Он сын папиного начальника в Волгограде. Меня от него воротит, как от несвежего жульена.

— Он к тебе приставал?

— Нет, но он почему-то уверен в собственной неотразимости. Звонил, встретиться предлагал. Причем папа зачем-то дал этому Альберту мой номер… В общем… слушай, я не хочу, чтобы ты напрягался из-за этого. Я очень рада на самом деле, что ты меня пригласил. Вот.

Какая же у тебя искренняя и нежная улыбка, Люба. Светишься вся, когда улыбаешься. Прав Холодов, ты и есть любовь. Правда, не моя. Или пока не моя.

— Значит, не жалеешь, что со мной приехала?

— Нет, конечно.

— Тогда пойдем. Давай свою сумку.

На пляже уже почти все собрались. Мы, кажется, явились туда последними. Люба вроде уже успокоилась и с любопытством смотрит по сторонам. Похожа на ребенка, попавшего в передачу «В мире животных» или в Диснейленд. Глаза блестят, а улыбка не сходит с лица.

— Эта часть пляжа называется «Бухта Радости», а чуть вдалеке причал. Там и парусники, и катера. На водных лыжах каталась?

— Нет, но очень хочу попробовать. Сколько людей! — Люба обеспокоенно смотрит, как Альберт выносит мозг официанту. Тот терпеливо слушает, но отрицательно машет головой.

Даю обещание: в следующий раз сделаю так, чтобы ни одного долбоящера в малиновых труселях не мелькало больше перед глазами.