Любовь на сладкое

Так что потихоньку начинаю расслабляться на его счет.

Ловлю себя на мысли, что не чувствую себя гостьей в его квартире. Я всего здесь в третий раз, но вот ощущения слишком уж домашние.

— Чувствуется женская рука, и совсем не дизайнера, — Мария подходит ближе и без каких-либо предисловий спрашивает. — Вы встречаетесь?

Прямо в лоб вопрос, но от такой как она ничего другого и не ждешь. Похоже, она всегда говорит, что думает.

— Да, — улыбаюсь. — Совсем недавно вместе.

— Я говорила, что так и будет.

— Тогда я не слишком верила, что такое возможно. А женская рука, про которую ты говоришь, так это не я, это его мама постаралась."

"— А сейчас, значит, веришь? — Полянская кивает в сторону, и мое сердце пропускает удар.

Марата по-хозяйски обнимает высокая блондинка, кажется Лера, подружка из универа. — Ты нежная как одуванчик, Люба. Я бы ее уже с балкона выкинула. А ты тут стоишь со мной.

— Кого бы ты выкинула? — как из-под земли перед глазами появляется ее рыжий муж. — Мань, что натворила?

— Я? — она вдруг хватает его за рубашку, аж ткань треснула и прям впивается в него таким откровенным поцелуем, что я даже покраснела.

Стоп, Метелица! Ты куда пялишься? Тебе в другую сторону. Права Машка, свое надо оберегать. А у этой Леры несколько лет было в запасе, а сейчас поезд ушел. То есть встал на прикол на моей станции. И больше не ездит.

Делаю несколько шагов к Марату, огибая Холодова с Дудкиным, еще пару девиц Жарова, направляясь прямым маршрутом к своему парню. Детство и правда кончилось, я больше не одуванчик! Они стоят ко мне спиной, меня не видят, зато я вижу, как Марат аккуратно снимает руку этой белобрысой Леры со своего плеча, а потом склонившись что-то быстро ей говорит и тут уже она сама от него отходит.

Марат оборачивается, сразу же находит меня взглядом и кивает. «Иди ко мне».

— Моя девушка, Любовь. Люба — это Лера, мы с универа знакомы.

Вежливо улыбаюсь блондинистой нахалке, а она сканирует меня с ног до головы.

— Только познакомились? — вроде нормальный вопрос, но на лице промелькнуло едва заметное пренебрежение.

— Мы знакомы шесть лет, Лера. Я уезжала из города, теперь вернулась.

— Надолго?

— Навсегда.

Она бы еще что-то сказала, но кто-то умудрился произвести в этом идеальном доме совершенно не идеальный, а противный громкий скрежет чего-то тяжелого по полу.

— Извините, я тут резковато…, - Альберт виновато посмотрел на кресло, а я на пол, где красовалась коричневая полоса. — Марат, круто все. Но ты извини, мне ехать надо. Девушка моя ждет.

— Девушка?! — Холодов аж подскочил на диване. — У тебя?

— Без проблем! Езжай, — тут же сориентировался Бухтияров.