Подари мне любовь

И небо помоги тому, кто встанет на ее пути и попытается воспрепятствовать матери, желающей помочь дочери и сыну. Но пока можно было наслаждаться теплым ветерком, чувственно ласкавшим кожу, видом любимого человека, стоявшего рядом в прилипшей, мокрой насквозь набедренной повязке, и не думать о плохом.

Бренна оценивающе оглядела мужа с ног до головы. Ее викинг… такой высокий, мускулистый, широкогрудый… Как часто она терялась, исчезала под этой грудью!

Гаррик поймал ее пристальный взгляд, заметил, как изменилось, стало призывно-пылким ее лицо. В его светло-бирюзовых глазах блеснул свет, который лишь одна Бренна могла зажечь.

– Ну вот, теперь, когда ты немного остыл, неужели захочешь остаться льдинкой? – спросила Бренна кокетливо, и этого оказалось достаточно, чтобы получить ответ, которого она так хотела. Гаррик опустился сначала на колени, а потом упал на жену, почти закрыв ее своим телом.

Бренна рассмеялась, потому что муж еще не обсох, а с волос струилась вода, но он закрыл ей рот поцелуем, и вместо смеха с губ сорвался стон. Ее иногда изумляло, что после стольких лет супружеской жизни страсть, когда-то сразившая их, ничуть не уменьшилась и могла в любую минуту вспыхнуть так же ярко, как в юности, или медленно тлеть, разжигая желание, но никогда не умирала и всегда оказывалась разделенной.

Они оба услышали, как кто-то громко зовет Гаррика, и мгновенно встрепенулись, забыв обо всем, кроме общей тревоги за детей. Гаррик поспешно вскочил, чтобы с высоты своего роста оглядеть берег. Бренне пришлось вскарабкаться на пригорок, чтобы посмотреть, кто их потревожил. Она успела как раз вовремя, чтобы услышать долгожданную весть:

– Они отправили вперед посланца и через час будут здесь! – прокричал воин.

– А мой сын? – крикнул в ответ Гаррик.

– С ними.

Гаррик махнул рукой, разрешая воину удалиться, и закрыл глаза, подставив лицо яркому полуденному солнцу. Бренна поняла, что муж благодарит всех известных ему богов, включая и того, которому поклонялась она сама, и, подойдя ближе, обняла Гаррика, положив голову ему на грудь, насколько могла дотянуться. Его руки, в свою очередь, стиснули ее так, что Бренна едва не задохнулась.

Слезы облегчения подступили к глазам, но вместо того, чтобы расплакаться, Бренна радостно засмеялась. Гаррик оглушительно вторил жене.

– Хочешь поехать им навстречу? – наконец, придя в себя, спросила Бренна.

– Думаю, мы оба достигли того возраста, когда достойнее всего будет встретить их в зале."

"Тонкие брови женщины насмешливо приподнялись:

– Но на то, чтобы добраться до дома, уйдет гораздо меньше часа.

– Знаю, – расплылся в улыбке Гаррик. И не прошло минуты, как Бренна обнаружила, что лежит на спине и снова смеется, но уже совершенно по другой причине.