Подари мне любовь

Не собираясь распространяться насчет цепей, Селиг просто проворчал:

– Я вовсе ее не угнетаю.

– Но Рагнар в этом отнюдь не уверен.

Селиг отбросил оковы и снова попытался встать, но это получалось крайне медленно, поскольку голова с похмелья болела почти так же, как от удара дубиной. Однако все пересилила нарастающая паника.

– Но ты по крайней мере послала лазутчика, чтобы подслушать, о чем они говорят? – допытывался он.

Брови Кристен взлетели к самым волосам.

– Это при том, что только ты, я и отец знаем датский язык? Ты, конечно, можешь попросить отца стать твоим шпионом, но я на это не осмелюсь!

– Могла бы и сама пойти!

– Я?! – едва не завопила Кристен. – Разве я не сделала все, что от меня зависит, чтобы заставить этого несчастного едва не лопнуть от ярости! Теперь он посчитает тебя истинным даром небес в сравнении со мной!

Селиг наградил сестру уничтожающим взглядом. Кристен страшно захотелось рассмеяться, но вместо того, чтобы посочувствовать брату, она просто сунула ему в руки расческу. Селиг даже не попытался сменить одежду, в которой заснул. И когда уже выходил из комнаты, Кристен неожиданно спросила:

– Ты все еще ненавидишь ее?

Селиг замедлил шаг и поспешно обернулся:

– Почему ты меня опять об этом спрашиваешь?

– Потому что ты женился на ней, – пожала плечами Кристен. – Не находишь, что твоя «месть» зашла слишком далеко?

– Занимайся своими делами, Крис, и не вмешивайся в мои.

Кристен ехидно прищелкнула языком:

– С радостью, как только один надменный брюзга уберется из моего дома.

– Я вовсе не надменный.

– Я имела в виду ее брата, болван, а не своего.

Селиг нашел жену и шурина в часовне. Они по-прежнему сидели вдвоем и разговаривали слишком тихо, чтобы можно было что-то подслушать, хотя он и навострил уши, надеясь узнать, что сказала Рагнару Эрика. Тот обнял сестру за плечи, голова Эрики покоилась у него на груди. И даже зная, что перед ним брат Эрики, Селиг почувствовал непреодолимое желание оттолкнуть его.

– Рад оказаться свидетелем встречи любящих родственников.

При звуках знакомого голоса Рагнар резко вскочил. Лицо его ничего не выражало. Селиг не имел ни малейшего понятия о том, что сказала датчанину сестра. Эрика встревоженно нахмурилась, но это могло означать все, что угодно, даже страх за брата.

По дороге Селиг успел остановиться у кузницы и забрать свой новый меч. И теперь он висел у пояса, хотя другого оружия у Селига не было. Он по-прежнему оставался в свадебном наряде, Эрика тоже была в платье Кристен. Поскольку Селиг не помнил, как добрался до постели, то и не заметил, провела ли Эрика ночь в спальне, не говоря уже о том, раздевалась ли она на ночь или, как и он, спала в одежде.