Любовь меняет все

 – Вы действительно готовы сказать нет всем балам и праздникам вплоть до следующего сезона?

Он думал, Дейдре дрогнет, но не тут-то было: она снова ткнула его пальцем в грудь."

"– Брукхейвен, вы можете посадить меня на цепь, но я все равно неустанно буду напоминать вам о том, что вы виноваты перед Мегги. Вы заявляете, что у вас есть обязанности? Разве могут быть в мире обязательства важнее, чем перед собственными детьми?

– Мой отец тоже в свое время был маркизом Брукхейвеном, и он был слишком занят, чтобы играть со своими сыновьями в солдатики. И все же я как-то сумел достичь зрелости, не сбрасывая с лестницы ванну и не поджигая шторы, не говоря уже о более мелких проступках леди Маргарет.

Похоже, она была в растерянности. И это выражение растерянности ей ужасно шло.

– И у нее получилось?

Она сбила его с толку.

– Что получилось?

– Спустить ванну с лестницы? Я хочу сказать: ванна не перевернулась? Надо было точно рассчитать толчок, а на это не каждый способен… – Дейдре приняла задумчивый вид. – Хотя стоит попробовать. В отсутствие иных развлечений почему бы не устроить катание с горок прямо дома, используя вместо горок парадную лестницу, а вместо саней – медную ванну…

Она застала его врасплох. Воображение услужливо рисовало Дейдре в медной ванне…

Колдер прижал ладонь ко лбу.

– Хватит о ваннах! Я хотел сказать, что…

Дейдре небрежно взмахнула рукой.

– Я уловила вашу мысль. Вы думаете, если ваш отец не хотел проводить с вами время, то это нормально. – Дейдре скрестила на груди руки. – Мой отец тоже был человек занятой, однако он не только брал меня с собой на прогулки верхом и в коляске, но и, растянувшись на полу, играл со мной в игрушки. Больше того, ему это нравилось. – Дейдре вскинула голову и, прищурившись, взглянула ему в глаза. – Готова поспорить, что вам бы тоже понравилось.

– Да перестаньте вы! Хватит дурачиться.

Дейдре устремила взгляд к потолку.

– Ку-ку, – пропела она.

Колдер отчего-то почувствовал себя глубоко оскорбленным.

– Не болтайте глупости!

Дейдре пожала плечами.

– Боюсь, тут уже ничем не поможешь. Вы – желтобрюхая кукушка, милорд. Трусливая желтобрюхая кукушка. Вас страшит даже мысль о том, чтобы почитать дочке сказку. – Дейдре вздохнула. – Какая жалость! А ведь с виду такой красивый, сильный мужчина.

Пока Колдер подыскивал надлежащий ответ на все вышесказанное, Дейдре уже развернулась и, вызывающе покачивая бедрами, ушла прочь.

Но хуже всего то, что он так и не смог оторвать взгляд от своей вздорной жены и провожал ее глазами до тех пор, пока она не скрылась за поворотом.