Любовь к наследству прилагается

Так, Царёв, спокойно, решение этой маленькой проблемки обязательно найдётся."

"Перевожу взгляд на невозмутимую Любочку, которая со скучающим видом рассматривает свой маникюр и начинаю подозревать неладное. Она только что стала возможной ""наследницей"" целого состояния и не выражает никакой реакции по этому поводу. Хотя, если она присутствовала при прочтении первой части завещания, в которой дед давал четкие распоряжения на счет похорон, то вполне вероятно, что об изменениях Рубанов мог проговориться на счет изменений в основном завещании.

Либо… дед сам ввел ее в курс дела, дабы подготовить, так сказать.

Еще раз пробегаюсь взглядом по листу и сердце пропускает удар, стоит мне обратить внимание на дату.

Четыре дня назад.

Четыре дня назад, за двое суток до внезапной кончины дед изменил завещание.

Совпадение? Или же Любочка решила отделаться от Островского старшего чтобы иметь доступ к миллионам компании? Что, если у нее есть подельники? Парень, любовник, гражданский муж? Конкуренты?

Дышать становится тяжело, я расстегаю верхнюю пуговицу рубашки, но это ни капельки не помогает.

Заговор. Это определенно заговор! Чувствую как во мне зарождается злость и еще большая ненависть в сторону девушки и очень надеюсь, что она не имеет никакого отношения к смерти деда. В противном случаи я ссотру ее в порошок.

— Любовь Дмитриевна, нам нужно поговорить. Наедине, — хватаю ее за локоть и бесцеремонно тащу к выходу. — Никита Афанасиевич, мы вернемся через пять минут! — Так, где-то здесь должна быть уборная. Отличное место для важного разговора.

Глава 2

Люба

Царев самый безответственный человек, которого я встречала на своем пути. Заносчивый хам с раздутым самомнением. Ленивый осел с синдромом нарциссизма. Неразборчивый в связях, переборчивый в еде и до жути скрупулёзен на счет выбора одежды и обуви. И теперь мне придется следить за тем, чтобы он выполнял свои прямые обязанности и не развалил весь бизнес Фёдора Александровича.

Как же не вовремя у Островского прихватило сердце!

Хочется рвать на голове волосы и биться лбом о стену. Единственное, что меня радует — у меня есть полная свобода действий и Кирилл не в силе уволить меня.

Я усмехаюсь, смотря на его ошарашенное лицо, и даже не пытаюсь вырваться, когда он с дикой яркостью в глазах тащит меня в сторону уборной.

— Сколько? — рычит мне в лицо, как только мы оказываемся в тесном помещении. Кирилл закрывает дверь на защелку, зажав меня у стены, но я совершенно не чувствую перед ним страха. Потому что я во всем превосхожу его и потому что у меня все ходы записаны наперёд.

— Отличное местечко для признаний, — скучающе обвожу взглядом белый кафель на стенах и прикусываю губу, чтобы не рассмеяться. Сегодня крайне сложно сохранить невозмутимый вид.